Рецензия на книгу
Fifteen Dogs
André Alexis
veliky_krivoy17 августа 2023 г.Полное взаимопонимание не является гарантией счастья
Профессор Преображенский, конечно, совершил прорыв в области трансплантации органов, но куда ему до богов.
Вот Гермес и Аполлон, распивая пиво в одном канадском (!)баре, придумали на спор пересадить нескольким собакам человеческое сознание и посмотреть, кто из них (собак) умрёт счастливым.
Андре Алексис, канадский писатель, родившийся в Тринидаде, хорошо уловил, что ничего толкового у этих самых древнегреческих богов отродясь не выходило. В этот раз не вышло настолько, что и самим богам стало так жаль несчастных животных, что они начали почем зря вмешиваться в эксперимент и торговаться об изменении условий.
Удалось ли кому-то из пятнадцати псов умереть счастливым? Читайте.
Странно, что из всего пятикнижия Алексиса под названием Quincunx (это то, что мы видим на стороне игрального кубика с пятью точками, коротко говоря, или просто расположение предметов в шахматном порядке, или просто пять частей) у нас перевели этот роман, второй в цикле. Хоть романы и почти не связаны между собой и сюжетно самостоятельны, просто интересно почему.
Автор посвятил каждый роман-притчу исследованию определённой темы. В "Пятнадцати псах", например, он обращается к темам смерти, языка, поэзии, любви и дружбы.
Примечательно, что именно язык и поэзия максимально приближают некоторых псов к счастью, одновременно будучи источником сильнейшей фрустрации для других.
Роман получил несколько канадских премий, но мне, честно говоря, скорее не понравился. Мой внутренний концепт-фрик всегда раздражается, когда конкретных древнегреческих богов помещают во всякие никак не связанные хотя бы даже с современной Грецией локации. У Геймана присутствие разнообразных древних богов на американской почве хоть как-то логически обосновывалось, но здесь, на мой взгляд, всё это очень неуместно.
Читать в целом скучновато, поэтому небольшой объём порадовал. Больше всего я веселилась, читая как собаки учили английский:) Пусть теперь только кто попробует сказать, что это трудный язык!
"Любимым человеческим языком Мэжнуна, вне всякого сомнения, оставался английский. И вовсе не потому, что английский он выучил первым. Дело было в том, что из всех языков, которые пес слышал, именно он лучше всего подходил собакам. Да, на английском собаке приходилось думать иначе, но звуки и интонации английской речи лучше всего имитировали тональный диапазон собачьего языка."
Говорящими животными никого не удивишь, а вот самым интересным оказалось примечание к роману, из которого я узнала, что стихи, сочинённые псом Принцем, "написаны в жанре, изобретенном Франсуа Карадеком для УЛИПО. Этот жанр родился после того, как Франсуа Ле Лионне, основатель объединения, задался вопросом, можно ли написать стихи, которые могут быть поняты и людьми, и животными. В «Пянадцати собаках» каждое стихотворение представляет собой то, что Карадек называл «стихотворением для собаки»: если произнести его вслух, будет отчетливо слышно имя животного, несмотря на то, что явно оно не присутствует."4225