Логотип LiveLibbetaК основной версии

Рецензия на книгу

Сестра печали

Вадим Шефнер

  • Аватар пользователя
    47olya3 июля 2023 г.

    Чудесная повесть! Чудесная и по содержанию, и по стилю. Образец простоты и ясности.
    В свое время это произведение не попало мне глаза, его в Советском Союзе хоть вроде не запрещали, но и не рекомендовали. Написал ленинградец-блокадник и фронтовик, к тому же талантливый поэт, какую-то книжку по своим воспоминаниям, практически дневник, ну и что… Он же там не героизм воспевал, а простых людей с их счастьем и горем. К тому же есть религиозные или мистические мотивы, начиная с эпиграфа. Мне особенно запомнился эпизод, в котором главный герой по прозвищу Чухна (скорее всего, это у Шефнера действительно было такое прозвище в школе, он по национальности немец) узнает про слухи, ходящие по Питеру в предвоенный год:


    Э, все равно она, сволота, не клюет... А вот у нас в поселке слух
    идет, будто в Питере крысиный король народился. Правда это?
    -- Что за крысиный король?
    -- Во! Студент, а не знаешь! Крысиный король -- это когда шестнадцать
    крыс сразу рождаются, со сросшимися хвостами. Эти шестнадцать -- вроде как
    бы одна, вроде одной головой думают. Он очень умный, этот крысиный король,
    его все крысы слушаются. Он сам промышлять не ходит, а крысы его охраняют и
    кормят. В том доме, где он завелся, крысы у людей ничего не трогают, они ему
    корм издалека несут. И ни одна кошка его никогда не тронет -- уважают. А
    если какая-нибудь опасность ему угрожает -- крысы его хоть за сто верст в
    другое место на себе утащат. Вот какой он, крысиный король!
    Это просто суеверье,-- сказал я Лене Краюшному.--Ты вроде и не
    дурак, а в такую чепуху веришь.

    Согласно суеверию, крысиный король появляется перед большими бедствиями, это плохое предзнаменование. А воспоминание Шефнера в своей повести скорее всего свидетельство того, кто жил в то время и в том месте.
    Но главное в произведении Шефнера все-таки не мистика, а любовь. Он дает пример чистой юношеской любви, описывает, как она приходит и как развивается. И это не ренессансные подростки Ромео и Джульетта, а студенты и студентки техникума и института, почти современная молодежь.
    Это повесть о любви, а попутно Шефнер показывает образ жизни советских городских людей 1930-1940-х годов, войну и блокаду Ленинграда, дружбу и конфликты в учебном коллективе, отношения с преподавателями, труд и отдых, идеологическое давление и способы его обходить. По моему, все это взято из жизни, все это реальные наблюдения, просто из всего потока жизни автор выбирал то, что работает на его творческий замысел, очистил от лишнего. Поэтому эта книга – как документ эпохи. Она замечательна своей правдивостью в сочетании с лиричностью. Ну, невозможно придумать эпизод с хлебными корками:


    • Вот видишь, не зря мы пришли сюда,--сказал я ей. -- А сейчас подай

    мне мешкотару, хлеб на пол не годится бросать... Не бойся, я тут крепко
    держусь... И, знаешь что, закрой-ка дверь на ключ. Ведь тут хлеб...
    -- У тебя руки, наверно, совсем окоченели? -- спросила Леля, подавая
    мешок.
    -- Мерзнут, но ничего... Скоро мы поедим... Дежурный, напитай меня, ибо
    я изнемогаю от любви к пище, как говорит Костя.
    Я начал класть в мешок хлебные огрызки. Их было много. Некоторые были
    словно в мышиной шкурке, так покрыла их пыль; те, что лежали пониже,
    казались совсем чистыми. Кое-где на высохшем мякише виднелись оттиски
    Володькиных зубов. "А мы-то, охламоны, вечно ругали Володьку за эту привычку
    забрасывать корки на печку",-- размышлял я, сдувая пыль с огрызков и кладя
    их в мешок.

    Один из друзей, с кем главный герой делил комнату, не любил корочки, и старался их забросить на печку. В блокаду эти корочки стали праздничным ужином для него с девушкой. Такое не придумаешь…

    7
    360