Рецензия на книгу

• 

  letzte_instanz21 июня 2023 г.

  голова на запад, ноги на восток

  Книга изначально зацепила названием и обложкой, и я ждала от неё чего-то... чего-то.

  Получила я гораздо меньше того, что ожидала, но и оно было неплохим.

  Я — человек, который может спокойно читать про смерть, издевательства, насилие, безысходность, чернуху и беспросветный мрак. Более того, я нахожу такие вещи в некотором извращённом плане интересными. Будто биолог обнаружил очередного тошнотворного на вид ядовитого гада и радуется своей удаче. Будто на сеансе психотерапии пациент отпускает своё страшное прошлое, чтобы начать нормально жить. Это странно, по-разному странно ощущается — вся эта двойственность, инь ян, предсказуемая читательская биполярка. Так плохо, что даже хорошо. Или наоборот.

  При этом у меня всё в порядке с эмпатией: где кого надо пожалеть, я искренне жалею, но это не значит, что я хочу, чтобы герои перестали страдать. Единственное важное, пожалуй, так это то, чтобы эти страдания к концу книги закончились.

  И не важно, каким путём...

  И я отвечаю здесь людям, которые в своих рецензиях писали, что не понимают, почему современные авторы часто пишут такое — чернушное, грязное, беспросветное. Для кого, мол, все эти бесконечные страдания?

  Для меня.

  И для таких, как я, книжных мазохистов.

  А так много ужаса в литературе сейчас просто потому что это — жизнь. Уродливая, грязная, страшная, реальная. Такое бывает, вот и всё. За стеной мира с добрыми феечками, единорогами и отсутствием психотравм, в котором живут некоторые, есть и другой мир — с нежеланными детьми в нездоровых браках, с семейным насилием, с проблемами отцов и детей в самых последних стадиях, с равнодушием родных матерей, с тотальной всеобъемлющей нелюбовью... Всё это есть, и оно — за шторами ваших окон, за розовыми очками на ваших глазах, за закрытыми дверьми чужих квартир, за высокими заборами фешенебельных домиков и в разваливающихся выстуженных деревенских лачугах: в семьях казахов, русских, татар, бурят, тувинцев, etc. Гораздо ближе, чем кажется.

  Так почему бы и не написать об этом?

  «Отец смотрит на запад» — книга о столкновении двух культур, но эта тема, — основная тема, — раскрыта (и я подозреваю, что специально) так, чтобы у читателя возникло ощущение, что рассказано об этом исключительно поверхностно и скупо. Будто кроме описания национальных блюд, пожелании женщине рожать только сыновей, сцен похорон и свадьбы ничего и не было.

  Но было.

  В имени Улбосын и имени Катя. В одинаковых домогательствах Юрка и Тулина. В важности для тех и для этих квартирно-денежного вопроса. В суровости казаха-отца и в равнодушии русской матери. В двух разных молитвах, спрятанных в остове кровати.

  Я, вопреки аннотации, не заметила, чтобы главная героиня получилась «противоречивой и яркой». Да, у Кати был проявивший себя с детства талант, который она не смогла бы, вероятно, достаточно развить, если бы бабушка не увезла внучку подальше от её родного посёлка на границе с Казахстаном. Но что в ней такого?  Одно дело, когда маленькая девочка молча сносит издевательства одноклассников, совсем другое — когда взрослая самостоятельная девушка, подвергшись домогательствам, не делает с этим ничего.

  Можно списать это на отголоски как раз той самой восточной женской покорности, но прямо об этом не говорится, и вскользь об этом не упоминается. Да и неоткуда им по сути было взяться, разве что это —принесённое из детства неосознанное убеждение, что мальчикам всё можно, а она всего лишь девочка. И не было в Кате, вроде бы, никаких противоречий и никакой яркости. «Звукарь» и терпила — это всё, что приходит мне на ум, когда я вспоминаю книгу.

  Так что героиня показалась мне скучноватой, особенно это касается взрослой Кати. За детством же растущей как ненужный сорняк девочки наблюдать было интересно.

  Проблемы отцов и детей я тоже здесь не увидела, и это меня разочаровало. Увидела только домашнее насилие, равнодушного жестокого отца и сбежавшую под бок к богу мать, забившую на собственного ребёнка. Но всё это тоже как-то мельком и вскользь, и скорее всего специально, потому что это не главное, дело не в этом.

  Магический реализм в виде песен покойного Маратика вообще прошёл мимо. Зачем это было? Я не поняла.

  Несмотря на многие темы, которые меня в этой книге не смогли зацепить, я оцениваю «Отец смотрит на запад» очень положительно. Во-первых, старая добрая лайтовая чернуха в современной российской прозе дёргает внутри меня какую-то важную ниточку. И нет, я не наглаживаю этим какие-то свои психотравмы: моё детство было на редкость счастливой порой. Но я знаю много тех, у кого оно таковым не было. Я видела многие стрёмные вещи и слышала о многих стрёмных вещах, которые с детьми и взрослыми происходить никогда не должны были (в небольшом посёлке невозможно отгородиться от кринжа, поверьте мне на слово и не бросайтесь проверять). Во-вторых, это магия писательского слова, которая здесь для меня сработала: Екатерина Манойло пишет хорошо. Просто, но со вкусом, красиво. Порадовали обрисовки действий персонажей и живые диалоги. Описаний внутренних переживаний героев не хватило, но на фоне остального текста они не ощущались невосполнимой потерей.

  В-третьих, очень важная сцена почти в финале, где Катя, запертая в склепе с разлагающимся телом отца, встаёт на него, чтобы поймать сигнал связи. Это не просто дичь ради дичи и чернуха ради чернухи: во время этого Катя вспоминает, как улыбающийся отец помогал ей преодолеть висячий мост, по которому ей было страшно идти. Он, уже смотрящий на запад, снова помогает ей, и она прощает его, вспоминая своё детство.

  Ради таких сцен я читаю книги.

  Ну, и не только ради них...

  37

  1,3K