Рецензия на книгу

• 

  Serliks7 июня 2023 г.

  Что печально? Жизнь. А что такое жизнь? Журнал. А сколько он стоит? Пятнадцать центов. А у меня только десять. Печально. Что печально? Жизнь...

  Книги Короля Ужасов делятся на три группы: «не могу оторваться», «что это было?» и «это точно написал Кинг?». «Возрождение» я бы отнесла ко второй группе из разряда: «А что это вообще было?».

  Главный герой Джейми Мортон будучи ребенком знакомится с пастором Чарльзом Джейкобсом, который, впоследствии, станет его «пятым персонажем». Джейкобс был вполне обычным священником в американской глубинке, преданный своей пастве, Богу, любимой жене и сынишке. У него было вполне безобидное хобби – он изучал электричество и все с ним связанное. После трагедии Чарльз Джейкобс теряет веру в Бога, но обретает веру в «тайное электричество» - этакий сплав религии и науки.

  Мне очень понравилось начало, в котором рассказывается о детстве Джейми, о его семье, а также о жизни в маленьком американском городке, находящимся где-то в полном захолустье в 60-е годы. И пусть детство и юность Джейми не были легкими и безоблачными, о них наш герой рассказывает с любовью и теплотой. А потом его жизнь полетела в тартарары: рок-н-ролл, наркотики и все дальше по наклонной. Самое интересное, что Джейми в самые критические и переломные моменты своей жизни встречает своего «старого друга пастора» с его «тайным электричеством». Кинг показывает всю неприглядную сторону жизни рок-музыканта, который чуть не закончил жизнь опустившимся наркоманом. А что же священник тайного электричества? Он всю оставшуюся жизнь преследовал одну безумную цель, которая раскрывается на последних страницах книги. Автор показывает, что ради ее достижения Джейкобс готов пойти на все. Это именно тот момент, когда цель оправдывает средства.

  Одним из самых сильных эпизодов в книге является, безусловно, «Ужасная проповедь», где пастор критикует церковь и саму веру:

  
  – Религия должна приносить нам утешение в трудные времена. В Псалтири говорится, что Бог – наш жезл и наш посох. Он будет с нами, когда мы неизбежно отправимся в Долину смертной тени. Другой псалом утверждает, что Бог – наш заступник и сила, хотя люди, погибшие в той церкви в Оклахоме, могли бы с этим поспорить… если бы у них еще имелся для этого рот… А отец с двумя детьми, утонувшие, спасая домашнего питомца? Спросили ли они у Бога, что происходит? И почему? И ответил ли Он им: «Скажу через пару минут, парни», – в то время как вода заполняла их легкие, а смерть затуманивала сознание?
  Давайте честно признаем, что имел в виду апостол Павел, когда говорил о тусклом стекле. Он имел в виду, что мы должны принять все на веру. Если наша вера сильна, мы попадем на небо, где все поймем. Как если бы жизнь была шуткой, соль которой нам предстоит узнать лишь в раю.
  – Когда я больше не мог читать про эти, казалось бы, нелепые и зачастую жуткие смерти невинных людей, я занялся различными направлениями христианства. Боже, друзья, вы даже не представляете, как их много! Настоящий оплот вероучения! Католики, Протестантская епископальная церковь, Англиканская церковь в Америке, баптисты как консервативного, так и либерального толка, англиканцы, лютеране, пресвитерианцы, унитарии, Свидетели Иеговы, адвентисты Седьмого дня, квакеры, шекеры, Греческая православная церковь, православные церкви Востока, не говоря уж о Церкви Силома и еще полусотне других.
  Здесь, в Харлоу, абоненты пользуются общими телефонными линиями, и мне кажется, что религия является самым мощным проводом коллективного пользования. Только представьте, какие перегрузки эти линии связи с Царством Небесным должны испытывать в воскресенье утром! А вы знаете, что меня поражает больше всего? Что каждая церковь учения Христа уверена, что только она обладает линией прямой связи со Всевышним. И я даже не упомянул о мусульманах, или иудеях, или теософах, или буддистах, или тех, кто поклоняется самой Америке так же горячо, как немцы поклонялись Гитлеру на протяжении восьми или десяти кошмарных лет.
  – Некоторые из этих сект и конфессий являются мирными, но самые крупные – и самые успешные – построены на крови, костях и криках тех, кто имел наглость не признать их представления о Боге. Римляне скармливали христиан львам; христиане расчленяли тех, кого считали еретиками, колдунами или ведьмами; Гитлер принес миллионы евреев в жертву ложному богу расовой чистоты. Миллионы людей были сожжены, расстреляны, повешены, подвергнуты пыткам, отравлены, казнены на электрическом стуле, затравлены собаками… и все во имя Бога.
  – Христос учил нас подставлять другую щеку и любить своих врагов. На словах мы с этим согласны, но многие из нас, получив удар, стараются ответить тем же. Христос изгнал менял из храма, но все мы знаем, что эти умельцы сорвать куш никогда не исчезают надолго. И если вам приходилось участвовать в потрясающей игре в бинго, организованной церковью, или вы слышали по радио проповедника, просящего денег, то отлично знаете, что я имею в виду. Исайя пророчествовал, что настанет день, когда мы перекуем мечи на орала, но в наш нынешний темный век мы сумели перековать их лишь в атомные бомбы и межконтинентальные баллистические ракеты.
  – И что мы получаем за нашу веру? За все века, что мы отдали этой церкви, за все наши кровавые жертвы и дары? Заверения, что в конце всего этого нас ждет рай, а когда мы там окажемся, нам все объяснят, и тогда мы воскликнем: «О да! Вот теперь мне все понятно». Вот в чем состоит награда. Это вбивается нам в головы с самых ранних дней: Царство Небесное, Царство Небесное, Царство Небесное! Мы увидим своих потерянных детей, наши любимые матери заключат нас в объятия. Это – пряник. А палка, которой нас бьют, это ад, ад, ад! Преисподняя вечного проклятия и мучения. Мы рассказываем детям, столь же юным, как мой любимый утраченный сын, что они рискуют гореть в вечном огне, если украдут грошовый леденец или солгут о том, где промочили новые ботинки

  .

  
  Не существует никаких доказательств, что после смерти есть только два этих пути, нет никаких научных подтверждений. Имеются только слова, подкрепленные нашим страстным желанием верить, что все это не напрасно. Но когда я стоял в задней комнате похоронного бюро Пибоди и смотрел на изувеченные останки моего мальчика, мечтавшего поехать в Диснейленд гораздо больше, чем попасть в рай, на меня снизошло откровение. Религия является богословским аналогом страхового мошенничества с целью наживы. Это все равно что на протяжении всей своей жизни платить страховые взносы так же исправно, как читаешь «Отче наш» – прошу прощения за каламбур, – а когда настанет время получить страховую премию, узнать, что фирмы, которая взяла ваши деньги, на самом деле не существует.

  Для меня именно концовка испортила все впечатление от книги. Казалось, что все мистика и чудеса здесь ненастоящие, и реального хоррора здесь не будет. Большая часть книги воспринималась как социальная драма, в которой ужасы реальной жизни страшнее монстров из-под кровати. А финал насквозь пропитан творчеством Говарда Филлипса Лавкрафта, хотя его «ктулху» и их Царица получились гротескными, нежели ужасающими. Хотя мысль (а то и осознание, почти уверенность в случае Джейми), что там, за чертой, нас не ждет ничего

  
  Ни смерти, ни света, ни покоя

  А только лишь

  
  Этот ужас был загробной жизнью, ожидавший не грешников, а абсолютно всех без исключения.

  26

  353