Рецензия на книгу

• 

  sklimkina3 марта 2014 г.

  Как жаль, что я не умею писать длинные, красивые и умные рецензии...

  Для меня классикой является литература, которая остаётся актуальной, понятной, которая волнует спустя много лет после её создания.
  Как показывают события последних месяцев, тема революции и не собирается нас покидать. К сожалению.

  И Пастернак так пронзительно, так откровенно говорит о том, что делает революция с людьми. С разными людьми. Что делает революция с семьей.
  

  
  Мне ли, слабой женщине, объяснять тебе, такому умному, что делается сейчас с жизнью вообще, с человеческой жизнью в России и почему рушатся семьи, в том числе твоя и моя? Ах, как будто дело в людях, в сходстве и несходстве характеров, в любви и нелюбви. Все производное, налаженное, все относящееся к обиходу, человеческому гнезду и порядку, все это пошло прахом вместе с переворотом всего общества и его переустройством. Все бытовое опрокинуто и разрушено. Осталась одна небытовая, неприложенная сила голой, до нитки обобранной душевности, для которой ничего не изменилось, потому что она во все времена зябла, дрожала и тянулась к ближайшей рядом, такой же обнаженной и одинокой.

  Язык сначала кажется резким и лишенным изысков. Однако, это ощущение очень быстро проходит, т.к. очень быстро понимаешь, что всего в нескольких продуманных словах заключается так много смысла, так много значения, что это порой просто ошеломляет.

  Стихи Доктора Живаго, которыми заканчиваетя книга, удивительным образом оказались уже внутри, уже были в голове, в душе, хотя и не ассоциировались там с автором.
  

  
  

  Мело, мело по всей земле
  Во все пределы.
  Свеча горела на столе,
  Свеча горела.

  Как летом роем мошкара
  Летит на пламя,
  Слетались хлопья со двора
  К оконной раме.

  Метель лепила на стекле
  Кружки и стрелы.
  Свеча горела на столе,
  Свеча горела.

  На озаренный потолок
  Ложились тени,
  Скрещенья рук, скрещенья ног,
  Судьбы скрещенья.

  И падали два башмачка
  Со стуком на пол.
  И воск слезами с ночника
  На платье капал.

  И все терялось в снежной мгле
  Седой и белой.
  Свеча горела на столе,
  Свеча горела.

  На свечку дуло из угла,
  И жар соблазна
  Вздымал, как ангел, два крыла
  Крестообразно.

  Мело весь месяц в феврале,
  И то и дело
  Свеча горела на столе,
  Свеча горела.

  8

  39