Рецензия на книгу
Парижские тайны. В двух томах
Сю Эжен
verbenia21 февраля 2014 г.Got a secret
Can you keep it?
Swear this one you'll save
Better lock it, in your pocket
Taking this one to the grave
If I show you then I know you
Won't tell what I said
Cause two can keep a secret
If one of them is dead…Жаль. Жаль, что мы с этой книгой не встретились, когда мне было лет 14. Я была бы в восторге! O tempora! O mores!
Черно-белый двухтомный роман стал настоящим испытанием на усидчивость. Почему черно-белый? Потому что у Сю, похоже, нет другой градации для человечества. Ты либо раскаявшийся, сохранивший мужество и честь, либо негодяй, каких поискать. Есть правда третья категория — эпилептики. Но они нелюди, в расчет их даже не берем.
Отрицательные персонажи потрясающе противны, причем противны абсолютно картинным образом. Кривые, косые, одноглазые. Уродство внутреннее во всей красе представлено уродством внешним. Читая, как наяву видишь этих грязных созданий, в старой потрепанной одежде, с мерзкими ухмылками, тянущими к тебе свои скрюченные пальцы на манер когтей.
И, разумеется, главный злодей — словно волк в овечьей шкуре — творит свои грязные делишки под покровом ночи. Черная душонка и похотливые помыслы, которыми, кажется, пронизано каждое его слово, пропитано каждое его действие.
Все это злодейство раскидывает на парижских улицах свою липкую паутину, в которую попадают как просто невинные, так и невинно оступившиеся.
И, кажется, что нет им спасения, они погибнут в тюрьмах, в долговых ямах, в нищете …Если бы не принц на белом коне! Вот здесь, я считаю, было большое упущение, что не было в сюжете белого коня. Но хоть за принца Сю спасибо.
Раскаивающийся за ошибки прошлого прекрасный представитель голубой крови направо и налево сеет добро. Спасенным им душам нет числа, да и благодарность их не знает границ.
И льются реки раскаяния, слез, благородства, мужества и чести. Льются столь бурно, что достанется всем с лихвой, захлебнуться можно этой благодатью.Положительные герои здесь столь же прекрасно унылы, сколь отвратны отрицательные. Раскаивающиеся воры-рецидивисты, проститутки, познавшие всю глубину своего падения, графини, что были плохими девочками в этом году, если бы не были столь приторно-печальными вызывали бы мое искреннее сочувствие.
Но я, все-таки, придираюсь. Для литературного сериала XIX века — это феерия. Чтение за раз одной главы позволяет не только проникнуться всеми проблемами морали исторического Парижа, но и не потерять интереса к произведению.
Жаль. Жаль, что нам было суждено проглотить эту книгу в спешке, не прочувствовав всей ее возможной прелести.
Хотя, кого я обманываю?
17182