Рецензия на книгу

• 

  Rodyushkina11 апреля 2023 г.

  Я понимаю КАК; не понимаю ЗАЧЕМ

  Как так получется, что я избегаю самую популярную классику? Пора создавать подборку "Ты это еще не читала?!" А ведь, к слову, "Тысяча девятьсот восемьдесят четвертый" является самой продаваемой книгой в России. Я бы еще долго откладывала свое знакомство с Джорджем Оруэллом, но совершенно приятнейшим образом мне подарили красивое подарочное издание с иллюстрациями.
  
  
  Стоит отметить, что месяца четыре я не решалась за него браться. Ожидания были такими, что мне будет тяжело или скучно читать о политике государства, пусть и вымышленного. Теперь, уже после прочтения, я уверена, что эта книга станет моей настольной, настолько она зацепила меня глубокими мыслями и идеей про то, что в описываемом мире все безнадежно.
  Тоталитаризм Оруэлла, созданный на основе моделей итальянского и германского фашизма, а также более мелких государств, оказался настоящим справочником и даже перешел в реальность нашего времени. Заинтересовавшись, практикуется ли в нашем мире подобная идеология, я наткнулась на видео про Северную Корею. Они повергли меня в шок... Насколько же жизнь людей в этом изолированном государстве напоминает "1984": поклонение своим правителям, как богам, ограничение прав и свободы, масса заключенных, рабский труд, бедность, недостаток еды и предметов быта, нельзя выражать свое мнение и еще множество сходств с описаниями устройства Океании в романе. Просто страшно, что такие идеи еще поддерживают.

  Гиперболизируя зло, автор хотел показать, как устроен тоталитарный режим и что может произойти, если он приобретет массовое распространение. Неожиданно для самой себя, меня очень захватил сюжет романа. Сначала мне казалось, что он развивается медленно и скучно, но вскоре я начала читать на одном дыхании: автор крайне изощренно направляет судьбу главного героя к худшему. Сложно не сдержать эмоций, когда персонажа, смелостью и решительностью которого восхищаешься, жестоко подавляет система. Я не сильно боюсь столкнуться в произведениях со зверствами, войнами, убийствами, но когда в человеке умирает все самое человечное и светлое, когда его насильственно принуждают к этому — это ужасно, это хуже обычной смерти, и читалось мной с тяжестью на сердце.

  Мир, который нам описывает Джордж Оруэлл, состоит из трех сверхдержав: Океании, образовавшейся, когда США поглотила Великобританию; Евразии, сложившейся, когда Россия поглотила Европу и Остазии, включающей в себя Китай, Японию и другие части Восточной Азии. Эти сверхдержавы постоянно воюют за дешевую рабочую силу, проживающую на небольших территориях, которая еще не подчинена конкретной власти, и, соответственно, является общей. Но парадокс в том, что силы сверхдержав равноценны, и если одна чего-то добивается, две другие действуют против нее: "Океания всегда воевала с Остазией", "Океания всегда воевала с Евразией".
  В романе описывается только жизнь и правление самой Океании, но вскользь говорится, что государственные философии других сверхдержав ничем не отличаются друг от друга, что они были возведены на одной основе и их цели одинаковы: завоевать весь мир и искоренить всю человеческую свободу...

  Куда больший ужас этой затеи открывается со взгляда изнутри государства, а именно Океании. Большой Брат — бессмертный правитель, возведенный на уровень Бога, олицетворение Партии. Он наблюдает с плакатов, с пачки сигарет, во сне. Если Большой Брат скажет, что "дважды два – пять, в это придется поверить".
  Вся социальная структура государства делится на три класса: это внутренняя партия, члены которой живут очень богато, они работают в мыслеполиции и пристально наблюдают с телеэкранов за членами внешней партии. Те, в свою очередь, самые несвободные люди Океании. Они находятся под пристальным наблюдением, питаются отвратительной едой и вкалывают на бессмысленной работе. Пролы — низший класс. Бедняки, живущие свободнее остальных, потому что они не представляют угрозу для партии.

  В Океании проживает главный герой Уинстон Смит, который не может примириться с тем, что Партия обманывает человечество. Он думает, что жизнь людей до революции была лучше (Партия это отрицает), верит в существование некоего "братства", где люди, мыслящие также, пытаются бороться за свободу. Он выполняет свою работу без желания в ней участвовать. Она заключается в подделке документов прошлого под настоящее время. "Кто управляет прошлым, тот управляет будущим; кто управляет настоящим, тот управляет прошлым".
  Прошлого в Океании не существует, потому что оно тысячу раз переделано. Настоящее тоже расплывчато — Уинстон сомневается, что вообще живет в 1984! В поисках людей, которые смогли бы ему рассказать о прошлом, дать хотя бы какую-то зацепку, он находит коралл, залитый в эпоксидную смолу, и узнает старинную детскую считалочку "Апельсинчики как мед, в колокол Сент-Клемент бьет. И звонит Сент-Мартин: отдавай мне фартинг!..." Эти предметы — символы надежды в романе. Уинстон узнает продолжение считалочки уже от своей девушки. Мне очень понравилась любовная линия в романе. Это было волнующе и сильно, потому что в Океании запрещено иметь любовные отношения и даже просто мысль об этом может стоить жизни. Герои были готовы умереть за эти мгновения свободы, пытались найти пути спасения и бороться, но на самом деле их действия были соразмерны с песчинкой в океане.

  Единственное, чего мне не хватило в повествовании, это раскрытия прошлого Уинстона. Что случилось с его мамой, первой женой, и самое непонятное — почему эти моменты стерлись у него из памяти?

  7

  449