Рецензия на книгу

• 

  samiwiseee2 февраля 2014 г.

  Мураками развивает стереотип о том, что писатель — это непременно пепельница, бессонные ночи, душевные муки и, быть может, очки в роговой оправе. Несколько лет назад довелось ознакомиться с журнальной заметкой, заголовок которой многозначительно твердил: «Харуки Мураками собирается написать глубокий роман как у Достоевского!» Что ж, японский Федор Михалыч встаёт по будильнику, делает пробежку и, наверняка, правильно питается и не злоупотребляет алкоголем. Короче говоря, Мураками-сан не эпилептик, не игрок, токайское винище не ценит и от цироза печени не погибает. Некоторые люди выбирают быть счастливыми, а некоторым больше идет страдать. То, во что выливаются мысли последних, мне нравится читать больше.

  То ли я такой неудачник, то ли черт знает что. Много лет назад читал «Слушай песню ветра» и «Пинбол» - никак! Спишем на то, что свои первые романы Мураками тужился писать на неродном английском. Безумную глубину мысли при описании девушки с необычной формой ушей в «Охоте на овец» тоже не оценил. Вот вам еще один промах — роман с блестящим названием «К югу от границы, на запад от солнца». Настолько оно потрясающее, настолько глубокое, насколько нулевое содержание!

  Художественное произведение призвано ставить героя в затруднительные положения, должен качаться некий маятник: от хорошего к плохому, от плохого к хорошему. В романе нет динамики. Описание бара сменяется на рассказ о поездке в горы - это не динамика. 12-летний мальчик бросил 18-летнюю девушку и тем самым нанес ей рану на всю жизнь — это не художественный конфликт. Но, в конце концов, никто никому ничего не должен, вот и ваш покорный слуга имеет право представить себя в роли издателя, которому никому не известный господин Мураками Харуки пытается впарить глубокий безпрецендентный роман. Речь в нем пойдет о том, что главного героя родители в детстве окрестили Хадзиме (что в переводе с японского - «первый, начало»), потому что дитя явилось на свет в первую неделю первого месяца первого года второй половины двадцатого века (ничего более натянутого за уши не встречал). Хадзиме был единственным ребенком в семье, что как бы необычно для реалий Японии описываемого периода, по этой причине мальчика все сторонились, ну, и в конце конов, он сблизился с девочкой, которая тоже была единственным ребенком в семье. Невероятная любовь. Которую главный герой типа проносит через всю свою жизнь.

  Урывками встречаются любопытные мысли, интересные описания, которые впрочем никак не связаны с общей нитью повествования. Это и «дежавю наоборот» (когда главный герой предчувствует, что непременно увидит в будущем картину, которую лицезрит в данный момент), и… (в начале предложения предполагалось перечисление, но перечислять оказалось нечего). Чем не клифхэнгер? Девятиклассницы поведутся, а те, что сс*тся от «Евагнелиона», и тем паче.

  Пару раз в книге встречается слово «член». Да-да, в значении мужского полового органа, тем не менее это далеко не Рю. У Харуки всё безобидно, порою кажется, что автору мнится, будто всё кругом наполнено высшим смыслом, любовь сочится сквозь каждую клеточку, а судьбы людей обязательно взаимосвязаны, - короче говоря, будьте чуткими, говорит нам Харуки. Что ж, быть может, жизнь как таковая не так уж и случайна, но форма подачи у Мураками, мягко говоря, не выдающаяся.

  Осилив Мураками, понимаешь одно: не стоит доверять громким заявлениям бренд-менеджеров и редакторов, выполнивших свою работу на отлично (название книги — высший пилотаж!); То, что внутри, не имеет ничего общего с одноименным музыкальным произведением.

  Не секрет, что автор в почете у современной публики, каждая новая книга немедленно попадает в бэстселл. Отовсюду только и слышишь: «А мне нравится Мураками! Обожаю, как у него в романах происходит действие: пришел домой, открыл холодильник, выпил бутылочку-другую пива». Встречаются и те, кто идет на компромисс: «Что бы он ни писал, какую бы несуразицу, атмосферу его книги создают очень даже умиротворяющую». Что ж, и тем, и другим советую не забывать: даже если читать по три крупных романа в неделю, за жизнь успеешь всего-то ничего. Как там поет Тикарам… all good people read good books...

  В конце романа (не думаю, что сейчас будет спойлер: это не захватывающий детектив и не сериальная драма) главный герой приходит к обезоруживающему своей глубиной выводу (настолько, что даже викицитатник не почурался включить это в свои ряды):

  «Все живут по-разному, по-разному и умирают. Но это не имеет значения. После нас остается лишь пустыня. Пустыня и больше ничего».

  Читайте хорошую литературу, господа!

  1

  22