Рецензия на книгу

• 

  DollakUngallant

  26 марта 2023

  «Главный мастер клеветы и злословия»

  Она объяснялась ему в любви,
  а у него было такое чувство,
  как будто он был женат на ней уже лет десять,
  и хотелось ему завтракать

  Не хочется быть высокопарным, но сказать надо: чтобы не приходилось читать у Антона Павловича с первых строк его произведения испытываешь наслаждение. Еще не ясно о чем будет сочинение, еще не видишь замысла, концепции, идеи, но уже от первых слов, абзацев ощущаешь настоящее удовольствие:

  
  «Было еще темно, но кое-где в домах уже засветились огни и в конце улицы из-за казармы стала подниматься бледная луна.»

  Впрочем, в повести «Три года» сразу становится понятно, что речь будет о любви. Или нелюбви…
  И извечный, постоянный, неизменный чеховский мотив про «одни люди трудятся в поте лица своего, другие ничего не делают на протяжении всей жизни».
  Лаптев вырос среди тех, кто трудится каждый день, воспитан там, где работают все без исключения, и мужчины и женщины.
  Юлия никогда ничего не делает. У нее праздник каждый день, от утра до вечера. И ей, видите ли, нечего делать. А спрашивается почему? Отец врач, не самый успешный, в пригороде Москвы. Очевидно не богат, все средства, последние деньги тратит на взрослую дочь, которой «нечего делать».
  Ясно, что она будет рефлексировать, переживать, мучиться, страдать. Страдать интеллигентскими, дворянскими страданиями, тосковать.
  И так Юлия все получает в жизни задаром, а тут еще Лаптев кладет к ее ногам все свои богатства. В том же разговоре о бесполезном проживании дней и возможной чистой, радостной жизни в созидании, делает он ей предложение.

  
  «…я бы всё отдал. Я бы всё отдал... Нет цены, нет жертвы, на какую бы я ни пошел».

  Лаптев ей не нравится, она не любит его.
  Но проходит день, и она уже казнится и тревожится, что отказала Лаптеву.
  Потом подали самовар, и она передумала. Лаптев очень богатый купец, учился в университете, москвич, а отец Юлии стареет, скоро у него не будет сил, а женихов в городе уже нет…
  И понятно почему Сокольники (дачный московский поселок) вдруг становятся у Чехова провинциальным городом, в котором скучает «провинциальная» барышня.

  
  «…провинциальная жизнь бедна событиями, однообразна и в то же время беспокойна. То и дело приходится вздрагивать, чего-нибудь опасаться, сердиться или чувствовать себя виноватой, и нервы в конце концов портятся…»

  Естественно, что Чехов пренебрегает временем, последовательностью действий во времени, что «хронометр» в повести хромает. Автору все это не столь важно, во всем и в этом он незаметно, в кулачок посмеивается.
  Лаптев понял, что Юлия выходит за него из-за его богатства, само имя ее потому зазвучало вульгарно. Было приторно и порывисто, все они смущались.

  
  «Панауров объяснял научно, что такое влюбленность и от чего она происходит.— Мы тут имеем дело с одним из явлений электричества».

  «Электричество» у Лаптева случилось, он все-таки полюбил Юлию.
  Водевиль и только.
  Прав Иван Васильич Початкин, старший приказчик, родом из Каширы, ой как прав:

  
  «С вашей стороны заслуга храбрости, так как женское сердце есть Шамиль.»

  Конечно есть в повести много разного и колоритные картинки из жизни московского купечества, амбар, театр и «особа» (фарс продолжился), старая зазноба Полина Николаевна, которая говорила:

  
  «Где у вас были глаза, сумасшедший вы человек? Что вы нашли в этой глупой, ничтожной девчонке? Ведь я вас любила за ум, за душу, а этой фарфоровой кукле нужны только ваши деньги!"

  «Семейное счастье» с полным отсутствием любви, какие-то московские студенты, преподаватели, музыканты, скучные, бесцветные публицисты, друзья Лаптева. Тут же лаптевские угрызения совести из-за собственного богатства, миллионного дела, которое счастья не дает, а других мучит.
  Всем рассказывается о нелюбви Лаптева и Юлии. Московские театры, выставки, бронза, картины, эстампы, дурной лаптевский вкус, разговоры о России, о Москве, калейдоскоп какой-то бессмысленной жизни. И все бы ладно и все бы ничего, но смерть ребенка, но душевная болезнь брата…

  
  «И полдиковинки и двадцать четыре неприятности».

  Чехов по обыкновению насмешлив и циничен. Но в этой повести он особенно, чрезвычайно, беспардонно циничен. И «запах счастья под зонтиком» это только подчеркивает.

  12 понравилось

  6

  2,6K