Рецензия на книгу

• 

  cadgoddo18 января 2014 г.

  Автор - из этих мест, тут родился, тут и похоронен, после смерти в окуппированной Варшаве. Казимеж Тетмайер, пожалуй, больше прославлен в Польше как поэт, а переводил роман для нас тоже поэт по имени Владислав Ходасевич. Видимо, этим объясняется поразительная гладкость и приятность языка. Наслаждаешься!

  Казимеж был младшим современником Сенкевича и вступил с ним в определенную полемику. В отличие от Сенкевича в его знаменитой Трилогии, Тетмайера мало интересовала шляхта. Он писал о простом народе. Революционные потрясения XX века еще не погасили благородный ореол крестьянских восстаний и попросту разбойников. О них писали... Сейчас на прилавках книжных магазинов зачастили бульварные романчики про графов и графинь, если не о королях и принцессах. Сто лет назад такие романчики тоже были, но писатели-демократы, к каковым относится Тетмайер, черпали вдохновение в кринице молока из рук хорошенькой селянки, а не в хрустальном бокале ветреной аристократки.

  Любовная линия в романе довольно проста. Он, Яносик, она, Марина - простые люди (относительно). Всё бы у них сложилось, если б не магнат Сенявский - смутил, зараза, девичий покой. А Яносик - он разбойник, знаете ли, ну и понеслась...

  На самом деле Януша Сенявского, сына воеводы краковского, не было. В описываемое время год назад, как умер Адам Иероним Сенявский (1623-50), в 1648 году ставший старостой львовским, то есть бывший из мест повосточнее. Отец Адама умер тоже рано и просто не успел бы стать краковским воеводой. В истории прославлен внук Адама Иеронима - Адам Николай (1666-1726), последний Сенявский, ставший в начале XVIII века полным коронным гетманом и каштеляном краковским. Данный Сенявский, имевший дело с нашим Петром I и шведским Карлом XII, видимо, и натолкнул Тетмайера на такую фамилию героя.

  Еще одна историческая справка - насчет Яносика и князя семиградского (трансильванского) Ракоци. Реальный Юрай Яношик (1688-1713) действовал во время освободительной войны в Венгрии под руководством знаменитого Ференца II Ракоци Трансильванского. А в романе времена его прадеда Дьердя Ракоци (1593-1648), с которым Хмельницкий планировал воевать заодно и деда Дьердя II Ракоци (1621-1660). Тут Тетмайер, похоже, тоже осуществил перенос...

  Еще один важный герой романа - Александр Леон Костка - был авантюристом, которому не давали покоя лавры Богдана Хмельницкого. Что-то подобное он решил устроить в Подгалье, но его планы пошли крахом. Не было широкой народной поддержки, пусть это звучит по-советски, но это правильно. В романе это объясняется тем, что Костка не смог привлечь на свою сторону церковь, то есть, единственное, что могло воздействовать на умы крестьян. Уже в конце первой четверти романа этого "шляхтича" сажают на кол.

  Кроме Яносика, Марины, ее брата Собека, Януша Сенявского, Александра Костки, в романе есть еще два самых главных героя. 1 - природа Подгалья, 2 - крестьянская масса, рассматриваемая как целое, так сказать. Как я уже говорил, Тетмайер представлял разбойников в благородном свете, романтически. Разумеется, на самом деле всё было не так, но нельзя говорить, что совсем не так. Просто люди отчаянно сражались за то, чтобы не помереть с голоду. И были те, у кого цели были иные. Так во все времена.

  Очарование есть не только в стиле Тетмайера, но и в содержимом, так сказать. Вот были люди, которое умели так писать! Тут, вспомнив недавно прочитанное, хочу сравнить Тетмайера и Короткевича. Второй, в стремлении передать живую речь, добавляет много частиц, союзов, фраз в сторону, отделенных кавычками или скобками. Зарвавшись, Короткевич пишет так не только живую речь, но и порой свои же мысли. При всём уважении к классику белорусской литературы...

  Может, виноваты переводчики?

  Короткевич строит повествование по-современному: с этой стороны зайдет, пощупает, потом с другой, с третьей. Герои рефлексируют по страшной силе, периодически Короткевич выдает самый настоящий "поток сознания". Тетмайер был про такие навороты не в курсе, писал по старинке, делая рассказываемую линейно историю занимательной самой по себе, а не через занимательные прыжки туда-сюда. Разумеется, это беллетристика чистой воды, но это чертовски хорошая беллетристика. Я припоминал и Скотта (без унылых описаний вересковых пустошей), и Дюма (без туповатого французского фанфаронства).

  До начала чтения я уже был в курсе (а теперь будете и вы), что Тетмайер не просто родился в Подгалье, но и много и плодотворно работал там в плане собирания песен, легенд, сказок. Кстати, песен в романе много, можно считать их поэтической составляющей романа. Превосходная стилизация!

  Едем в Татры!

  35

  598