Рецензия на книгу
Пена дней
Борис Виан
mari_mancini16 января 2014 г.Первую половину книги мне хотелось петь: "Вот она, вот она, книга моей мечты! Абсолютный, абсолютный бред!" и, надо сказать, жанр "Вынос мозга (в гробу, через окно, и по болотам с сарабандой)" действительно выдержан в полной мере.
Я читала раньше сюрреалистов, но никак не ожидала встретить такое проникновенное, трогательное, в чем-то даже сентиментальное произведение в их стане.
Здесь многие пишут об эгоизме и бестолковости героев, но я не могла воспринимать их жестокость всерьёз - погибшие на катке или от сердцедера Ализы люди не казались мне людьми, скорее, героями диснеевских мультсериалов, в которых, падая с высоты зверушки расплющиваются, а взорвав у себя в руках бомбу, чернеют - но очевидно же, что всё это мелкие неприятности, к вящему удовольствию зрителей! А за чтением современной литературы я так соскучилась по фарфоровым героям, по красивым речам и обморокам на балах, что пришла в восторг, встретив их в таком непривычном для них антураже.
И беспричинное угасание их мира я тоже воспринимала как стёб - ах, милая. не трогай снег, ты ведь простудишься! Лишь пародия на классический прием - если героям нечем заняться, пусть умирают - от чахотки, или горячки, или пусть утопятся с белыми лилиями...
И кашель как признак неминуемой смерти и самопожертвование как способ разжалобить саму смерть - это ведь всё тоже в шутку, да?
Гибель в условном мире не может быть страшной. Изнеженная девица обречена - ну и Бог с ней, вон, стоит её поцеловать, и она тотчас воспрянет духом, и будет как новенькая, а если и умрет - появится другая, такая же нежная, тоже в белом платье и тоже способная исполнять роль возлюбленной главного героя.
Чтобы горе героев было понятно, чтобы нам стало страшно и тесно в том мире, смерти одной девушки мало, нужно, чтобы всё, во что мы успели поверить и погрузится скукожилось, обмякло, перестало существовать. Чтобы нам, читателям, как мышке, захотелось поскорее выпрыгнуть из книги, пока потолок не придавил нас своей тяжестью.
И в каком-то смысле начинаешь понимать Надстоятеля, когда Колин говорит: "Да поймите же вы, Хлоя умерла!", а если задуматься - ну умерла, так умерла, чего ещё ожидать от такой героини... Но Шейкерояль! Но розы в винтовках! Но маленькая добрая мышка, спешащая самоубиться, пока книга не захлопнулась и не лишила её возможности действовать!
Как ты всё умудрился растратить? Стоила ли этого твоя великая любовь?
Виан не дает ответа на этот вопрос, но мне кажется, что стоила, потому что именно безвозвратная гибель этого уютного и возвышенного мира делает его живым, как у Цветаевой: "ещё меня любите за то, что я умру".1821