Рецензия на книгу
Адольф
Бенжамен Констан
inna_160715 февраля 2023 г.И какую-то женщину, сорока с лишним лет, называл скверной девочкой и своею милою (С. А. Есенин "Чёрный человек")
Любовь - всего лишь светящаяся точка, и, однако же, нам мнится, что время подвластно ней. Немного дней назад её ещё не было, вскоре её уже не будет; но пока она живёт в нас, она озаряет своим сиянием и те годы, что предшествовали ей, и те, что последуют.Что сказать, книга хороша необыкновенно! Жаль, что я пока не решилась дать себе труда прочитать её в переводе кн. П. А. Вяземского, в традиции русской орфографии 1829 года, что суетность жизни и мысли требует максимально быстрого потребления информации. Однако, перевод А. С. Кулишер также не позволяет двигаться по тексту скачками, не вчитываться, не обращать внимания на детали. Текст монолитен, это рассказ о любви, которой не было, о романтическом герое, время которого придёт позже.
...я не хочу оправдываться; я осуждаю себя более сурово, нежели, быть может, это сделал бы на моём месте другой; но по крайней мере я могу здесь торжественно засвидетельствовать, что никогда не действовал по расчёту и что мною всегда руководили чувства искренние и естественные.Уже гораздо позже черты Адольфа, проступят на лице Чайльд Гарольда, Печорина, Онегина, даже Вронского, а Элленора выглянет из-за плеча мадам Бовари, княжны Мэри или Анны Карениной. В строках же Констана, откровениях Адольфа
Вдали от неё я страдал два часа при мысли, что она тоскует при мне; возле неё я страдал два часа, прежде чем мне удавалось её умиротворить.разве не видны знаменитые "без вас мне скучно, - я зеваю, при вас мне грустно, - я терплю" из "Признания" Пушкина?
...эта история доказывает, что ум, предмет нашей гордости, не пригоден ни к тому, чтобы найти счастье, ни к тому, чтобы его дать; она доказывает, что сила характера, стойкость, верность, доброта — вот те дары, которые следует испрашивать у неба; но я не называю добротой ту мимолетную жалость, которая не в силах победить раздражение, не препятствует ему снова раскрыть раны, заживленные минутой раскаяния. Самая главная проблема в жизни — это страдание, которое причиняешь, и самая изощренная философия не может оправдать человека, истерзавшего сердце, которое его любило. Впрочем, я ненавижу самодовольные умы, воображающие, будто все, что можно объяснить, — следует простить; я ненавижу тщеславие, которое, повествуя о зле, им содеянном, занято лишь собой, живописуя себя, притязает на сочувствие и, несокрушимое, парит среди развалин, исследуя самое себя, вместо того чтобы раскаяться. Я ненавижу слабость, всегда обвиняющую других в своем собственном бессилии и не видящую, что зло не вокруг нее, а в ней самой.Жёстко? Но правда. Другой вопрос в том, что легко судить другого, особенно литературного персонажа, он для этого и создан, а применить всё то же самое к себе, взглянуть честно на себя самого - вот задача невыполнимая. Словами Жюля Ренара: "Не знаю, можно ли освободиться от своих недостатков: знаю только, как они отвратительны, когда их замечаешь в других".
5395