Рецензия на книгу

• 

  Manowar768 февраля 2023 г.

  Роман собирался прочесть сразу после выхода. О романе комплиментарно отзывались, он некоторое время был в инфополе. К тому же вроде как киберпанк. Но всё что-то не складывалось. У Поляринова уж и "Риф" вышел, а я всё никак не мог прочесть дебютную вещь. А тут натолкнулся на топ100 персоналий от издания Blueprint, а там Поляринов, и как раз выбирал, что почитать. И всё срослось.
  Великий американский роман. Это не описка. Ощущение, что читаешь шикарный перевод очередного романа Фоера или Тарт. Интонации, проблемы, переживания первой части, там где роман взросления — всё насквозь западное. Буллинг, психологи, дэдди ишэс, манера речи, внутренний голос. И даже местность, если бы не топонимы, похожа на Средний Запад. Поменяй Петро, Егора и Марину на Питера, Джорджа и Мэри и готово очередное "Лето мальчишки". Это не в укор, это ощущения.
  Очень характерный момент:

  
  "В следующий раз я встретила его на вечеринке в честь Хэллоуина. Формат вечеринки: известные киногерои. В том году как раз вышел «Темный рыцарь» Кристофера Нолана, и все тащились от Джокера. Его играл – как бишь его? – а! – Хитман Леджер. Поэтому половина пацанов явилась на вечеринку в зеленых рубашках и с лицами, размалеванными маминой косметикой. Сходство с оригиналом, как правило, было весьма условным и ограничивалось пандоподобными черными кругами вокруг глаз. Все это выглядело очень комично: казалось, я попала на какой-то, прости-господи, кастинг клоунов-панд, или типа того.
  ...
  Мимо нас проходил кто-то из его друзей, Кокорин искоса посмотрел на него и сказал:
  – Слушай, Дим, ты не обижайся, но ты сегодня самый уродливый и непохожий на Джокера Джокер на этой вечеринке.
  – Я не Джокер! – закричал Дима. Похоже, его этим вечером все уже достали подобными ремарками. – Я клоун Пеннивайс из фильма «Оно»! По Стивену Кингу! Неужели никто не смотрел? Крутое же кино!
  Кокорин поднял руки.
  – О’кей, о’кей, братан, не кипятись. Я просто обознался, значит. Крутой костюм.
  Дима-в-образе-клоуна-Пеннивайса прошел мимо нас дальше, злобно бормоча что-то себе под нос, Кокорин посмотрел ему вслед и шепотом произнес:
  – Неловко.
  Я засмеялась.
  – А ты у нас кто? Погоди, не говори, я угадаю. Рыжий парик, военная форма. Какая-то смесь Эрин Брокович и Солдата Джейн.
  – Я Эллен Рипли из «Чужого».
  – О как! Круто. А теперь угадай, кто я!
  ...
  Кокорин все ждал, что я узнаю отсылку.
  – Ну? Ну? Это ж Вождь, смотри! А я – Макмерфи! Ну же!
  Краснолицый детина флегматично обнимал свою раковину.
  – Я ж говорил, – проворчал он, – тут одни школотроны, никто не смотрел «Над гнездом кукушки».
  – Блин, но это же классика! Лучший фильм Формана!"

  Давайте еще раз. Русская провинция. 2008-й год. Десяти- и одиннадцатиклассники косплеят всю классику американского кинематографа: 1975, 1979, 1990, 2008 годы выходов фильмов. И упоминают ещё пару знаковых картин. Ну не было в культурном коде девочек нулевых бой-бабы Эллен Рипли, не было.
  Однажды поняв-придумав, что читаешь про Америку, отвязаться от этого ощущения было невозможно.
  Полкниги герои взрослеют, потом как-то сразу и резко становятся взрослыми: программистами, художниками и журналистами. Семья, дети, отношения.
  И уже только в последней трети появляется президент России Боткин и протестная составляющая.
  Педалируется тема двойника Президента.
  Когда пошла тема акционизма и противостояния Системе, невольно вспомнилась "Средняя Эдда" Захарова. Те же профессии, журналисты и художники, то же давление Системы. Но вот сказать, какой же роман понравился и запал в душу больше, очень сложно.
  Вообще, из концовки "Центра тяжести" получился такой синкретический оппозиционный роман: искусство как протест и журналистика — из "Средней Эдды"; связь и одержимость президента Китаем и буддизмом — из "2008" Доренко; тема побега президента — из "Министерства справедливости" Гурского; двойничество первого лица из "Тёмных вершин" Винокурова.
  Пожалуй, даже и хорошо, что я задержался с прочтением "Центра" — серьёзней воспринимается всё происходящее в книге. Оказывается, Поляринов, Быков и остальные либеральные алармисты ничуть не преувеличивали, а просто провидчески экстраполировали происходящие на тот момент события в будущее. И вот мы в этом будущем.
  На очереди "Риф".
  10(БЛИСТАТЕЛЬНО)

  101

  1,3K