Рецензия на книгу

• 

  Sharleman18 января 2023 г.

  Книга об известных уголовных делах советского времени

  Ева Меркачева по основному своему роду занятий журналистка, но она занимается правозащитной деятельностью.
  Книга представляет из себя семнадцать рассказов о конкретных преступлениях и лицах, их совершивших и три рассказа не о конкретных преступлениях, а о судьбе конкретных людей. Разделены по главам - в каждой главе рассказывается об одном деле или одной судьбе, кроме одной главы, где рассказывается о четырех разных делах. Все семнадцать преступлений (ну или конкретных дел) имели место во время существования СССР.
  Автор объединила главы в такие тематические блоки. Первый называется "Суд над женщинами", где рассказывается о делах, фигурантами которых были женщины (в частности, о деле достаточно известной теперь Тоньке-Пулеметчице (Антонине Макаровне Гинзбург).
  Второй блок называется "Расстрелять молодым". В нем речь идет о также сейчас достаточно известном деле Аркадия Нейланда. Известность свою это дело получило вопиющим (по советским масштабам 1960-х годов) игнорированием закона при вынесении приговора о смертной казни Нейланду. Его приговорили к смертной казни за совершение преступления (собственно преступлений он совершил несколько, включая тяжкое убийство двух человек (один из них - маленький ребенок), разбой, грабеж, кражи) в возрасте 14 лет, а расстреляли в возрасте 15 лет, как считается, по личному указанию Хрущева, причем вроде бы как даже Брежнев просил Хрущева изменить такое решение. В этом же блоке рассказывается о четырех делах, где совершившие разные преступления люди были приговорены к смертной казни (три приговора привели в исполнение, один изменили с заменой смертной казни на длительный срок заключения). Читая отзывы об этой книге может сложиться впечатление, что главной ее темой является вопрос о наказании в виде смертной казни. Это совершенно не так. Просто, видимо, именно этот вопрос в книге больше всего заинтересовал тех, кто писал отзывы. Однако тема смертной казни в книге затрагивается именно применительно к четырем этим делам. Автор избегает абстрактных рассуждений и концентрируется на конкретике. Из настроя и тональности автора следует, что во всех четырех случаях наказание в виде смертной казни не было необходимым и оправданным. Все четыре дела относятся к концу 50-х - началу 60-х годов. Как проработавший длительное время в судебной системе, скажу, что в постсоветской России ни по одному из этих дел не было бы назначено не только пожизненное заключение, но даже лишение свободы на срок в 20 лет. Одно из преступлений вообще является неосторожным.
  Третий блок объединяет в себе дела, которые не имеют широкой известности, но отличаются каким-то своеобразием и интригующими моментами. В этот блок свалено все, что автор не смогла как-то классифицировать. Там есть дело об известном воре в законе Япончике (Вячеславе Иванькове), дело о пожаре в Чувашской школе, где погибло 106 детей, дело об участнике войне - педофиле, насиловавшем собственную несовершеннолетнюю дочь (пятиклассницу), дело, скажем так, о клубе самоубийц, где человек проиграл в карты собственную жизнь и его убили. В общем почти по Стивенсону, при этом все, - и убийцы, и потерпевший, - были глухонемые.
  Четвертый блок посвящен делам тех, кого называли антисоветчиками. Это не диссиденты, но эти люди выступали против советской власти, хотя и каждый по своему. Там есть рассказ о деле старшего гидрогеолога "Читагеология" Аркадия Данилина, который был осужден за распространение заведомо ложных измышлений, порочащих советский государственный и общественный строй (ничего не напоминает?). Распространение заключалось в том, что он давал читать пяти человекам четыре принадлежавшие ему книги. А книги эти были такие: Сборник песен и стихов Владимира Высоцкого, "Новые приключения солдата Ивана Чонкина" Владимира Войновича, "Загадка смерти Сталина" Абдурахмана Авторханова и повесть "Верный Руслан. История караульной собаки" Георгия Владимова (кстати, очень страшная повесть, где повествование ведется от имени бывшей караульной собаки одного из лагерей ГУЛАГа, которая не может найти себе место после закрытия лагеря, а главная идея состоит в том, чтобы увидеть ад глазами собаки, которая считает, что это рай. Сейчас эта забытая повесть особенно актуальна). Все эти произведения были сочтены содержащими ложные сведения и факты и порочащими государственный и общественный строй, а также являющимися клеветническими, а наказание Данилину назначено в виде двух лет лишения свободы. Здесь надо оговориться, что приговор был вынесен 20 марта 1985 года (сами книги были у него изъяты при обыске 24 ноября 1984 года). А 23 апреля 1985 состоялся апрельский Пленум ЦК КПСС и его считают началом перестройки. Однако приговор в отношении Данилина отменен не был, а реабилитирован он был только в 1992 году и, похоже, уже после смерти. Из всех дел, о которых рассказывается в книге, по моему мнению, именно это дело (а там не дело маньяка Головкин-Фишер, о котором в книге также рассказывается) самое страшное.
  Еще одно дело из этого же блока о священнике Сергее Таратухине. Это тот случай, когда вы знаете какой-то случай, произошедший с человеком, а потом узнаете о другом случае и оказывается, что он произошел с тем же человеком. Сергей Таратухин был священником в колонии, где отбывал наказание Михаил Ходорковский. После бесед с Ходорковским Сергей Таратухин отказался освящать молельную комнату в колонии и заявил, что здесь содержится политический заключенный. Через некоторое время он, правда, заявил, что вел себя неправильно. В итоге он был церковным судом лишен сана священника, за "политическую деятельность и участие в антиправительственных организациях", однако в церкви остался в качестве священнослужителя. В книге рассказывается, что начиная с десятилетнего возраста Сергей Таратухин слушал по радиоприемнику иностранные передачи на русском языке, в 13-летнем возрасте разослал в партийно-советские органы письма антисоветского содержания, где "изложил идеологически вредные измышления". В 18-летнем возрасте в 1974 году он был задержан при расклеивании листовок антисоветского содержания, где призывал бороться с советской властью путем совершения террористических и диверсионных актов. Вменялось ему антисоветская агитация, создание подпольной молодежной организации, а также один эпизод грабежа ателье, где он забрал 143 рубля. Наказание ему было определено в 4 года лишения свободы, после отбытия которых он работал водителем троллейбуса, а в 1990-е годы принял священнический сан.
  Ну и последний блок включает в себя две истории жизни советских судей. В одной главе просто рассказывается о жизни советского судьи, который потерял конечности во время войны. В другой главе рассказывается о жизни судьи с сорокалетним стажем работы, которая была убита в 1994 году (убийство квалифицировано как заказное).
  Кроме того, есть еще одна дополнительная глава, которая посвящена Соньке Золотой Ручке, жившей во время существования Российской Империи. Это собственно не рассказ о конкретном преступлении, а скорее рассказ о конкретном человеке Шендле Блювштейн (так в реальности звали Соньку Золотую Ручку).
  Это не сложная книга, она написана простым таким журналистским языком, читается легко. На счет того интересна ли она, скажу так: где-то интересно читать, а где-то нет. Повествование неровное и главы отличаются по своей глубине что ли. Автор имела доступ к судебным архивам и конкретным уголовным делам почти по всем случаям, о которых она пишет в книге, но почему-то архивные материалы она использовала по-разному. Где-то она обильно их цитировала, а где-то не цитировала вообще. Более того автор как-то небрежно подошла к описанию юридической стороны. В некоторых делах она не указала даже преступления (их наименование либо статью закона), за которые был осужден обвиняемый. Кое-где это можно установить из опубликованных частей приговоров и других документов из уголовных дел, а где-то и это не удается. Например, одна из глав посвящена очень любопытной личности - Владимиру Даумову. Еще в сталинское время он был осужден за кражу, а потом за убийство в драке, но конкретных обстоятельств совершения этих преступлений в книге не приведено. Во время нахождения в лагере он стал активно протестовать против советского режима (не против администрации лагеря, а именно против политического устройства). В лагере он совершил еще одно убийство в драке и попытался взорвать тюремщиков, сделав самодельную бомбу и закрепив ее на теле. Это было еще в 1952 году. Ему увеличили срок, а в 1962 году он был осужден к смертной казни, но вот за какие действия и за какое преступления автор рассказать как-то не удосужилась. У меня, конечно, есть предположение, но это точно не за те действия, которые содержатся в приведенной в книге цитате из обвинительного заключения (не встал на путь исправления, писал клеветнические письма, склонял заключенных к неповиновению).
  Вообще отмечу, что Ева Меркачева, взявшись описывать конкретные уголовные дела, не озаботилась при этом приобретением хотя бы общих познаний в юридической сфере, во всяком случае хотя бы по уголовному праву и уголовному процессу. Из-за этого ряд ее суждений в книге носит откровенно наивный характер. Рассказ о деле Вячеслава Иванькова построен на воспоминаниях оперативного работника милиции (оперуполномоченного), которые автор воспринимает совершенно некритически, в то время как даже работники советской прокуратуры (не то, чтобы образца законности) к словам "оперов" подходили всегда крайне осторожно.
  Я думаю, что для людей, которые имеют опыт работы в правоохранительной и судебной системе, книга покажется слишком простой и поверхностной и у них может быть много претензий. У меня у самого по некоторым описанным в книге историям возник ряд вопросов. Но, видимо, книга на такую аудиторию и не рассчитана.
  Помимо этого, в книге достаточно много каких-то ошибок и технических погрешностей. Например, с указанием дат и вычислением периодов. Или вот в главе о деле Вячеслава Иванькова (Япончика) в начале повествования говорится, что Япончик в конце 80-х годов занимался валютой, крышеванием бизнеса цеховиков, начал формировать вокруг себя сильные преступные сообщества и возомнил себя хозяином Москвы (что, кстати, полная правда), из-за чего в МУР якобы решили взять его в разработку. А дальше рассказывается об этой разработке, поимке Япончика и уголовном деле. Только вот задержан Иваньков был 13 мая 1981 года, а преступление было им совершено в начале 1981 года. Приговор был ему вынесен 29 апреля 1982 года. Какой конец 80-х? 1982 год - это эпоха брежневского застоя. Банды и тогда существовали, но вот широко распространившегося рэкета и сильных преступных сообществ еще не было, да и не могло быть, поскольку частного предпринимательства просто не существовало. Цеховики существовали, но тут надо понимать, что почти все они были под покровительством партийной советской власти, представители которой были у них в доле, а при таких обстоятельствах классическим уголовникам, таким как Япончик, вряд ли там что-то светило. Вот в конце 80-х ситуация изменилась, но только Вячеслав Иваньков тогда отбывал наказание и всю перестройку провел в местах лишения свободы.
  Или другой случай. В одной из глав рассказывается о советском судье Юрии Пушкине (он был инвалидом войны, потерявшим конечности). Рассказывается об одном из рассмотренных им дел (как указывает автор, по первой инстанции) об убийстве офицера армии ГДР Хайнца Эшриха 28 апреля 1961 года. Однако из приговора, приведенного в книге, следует, что председательствовал в судебном заседании судья Баранов А.И., а с ним в состав суда входили еще два народных заседателя. Я не знаю, возможно, этому есть какое-то объяснение, или дело рассматривалось дважды по первой инстанции, но в книге данное противоречие никак не объяснено.
  Однако при всем при этом книга дает хорошее представление о порядках и нравах, а также законах и законности, имевших место на микроуровне, то есть в жизни обычных людей при советской системе ("совке"). И картина вырисовывается далеко не такая радужная, которую пытаются представить сейчас некоторые поборники советского строя и СССР, утверждающие о счастливой жизни в те времена при "совке".

  7

  210