Рецензия на книгу

• 

  Olke

  1 декабря 2013

  Скотный двор
  

  Кашка поглядела вниз, глаза ее заволоклись слезами. Умей она выразить свои мысли, она бы сказала: разве к этому они стремились, когда много лет назад решили во что бы то ни стало свергнуть род людской? Разве кровавые казни виделись им в ту ночь, когда старый Главарь впервые призвал их к восстанию? Если ей тогда и рисовались картины будущего, она представляла его себе союзом скотины, где нет места голоду и угнетению, где все равны, где труд дело чести, где сильный ограждает слабого, как она оградила ногой отбившихся от матери утят в ту ночь, когда Главарь произнес свою речь. Но ничего этого нет, и наступило время — а почему, она не понимает, — когда никто не решается говорить в открытую, когда повсюду рыщут свирепые псы и когда твои товарищи сознаются в чудовищных преступлениях и их рвут на части на твоих глазах.

  
  __________________________________

  Интересно было читать о перипетиях скотской жизни. Поражала и восхищала фантазия автора и его так точно подмеченные особенности животных, переросшие на страницах книги в целые характеры, диктующие поведение. Покладистые до тупости овечки, злые до остервенения псы, уработавшийся до изнеможения конь,.. кокетливая кобылка, молчаливый ослик,.. куры, мыслящие коллективно,.. кошка, ну она как всегда сама по себе... Забавно всё это, особенно свиньи, оказавшиеся самыми умными. Хотя, это объяснимо. Вроде бы как по физиологии они к людям очень, очень близко, да и нюх развит чуть ли не лучше, чем у собак. Восстание, громкие песнопения, собрания и тяжёлый труд во имя светлого завтра - вот что такое свобода для тех, кто всю жизнь и насколько хватит генетической памяти жил под гнётом человека. Жизнь, пусть и тяжкая, но не для того парня.

  
  И пусть их жизнь тяжела, и пусть не все их чаяния осуществились, зато они не чета животным других ферм. Пусть они голодают, но не потому, что кормят угнетателей-людей, и пусть их труд тяжел, но они работают на себя. Никто из них не ходит на двух ногах, никто не зовет другого «хозяин». Все животные равны.

  
  И в очередной раз убеждаешься, что власть для того, чтобы властвовать. Равенство хорошо для лозунга, но уж больно своя шкура ближе к костям. И читая, понимаешь, что сказка закончилась, а началась история. И притом не вымышленная, а вполне реальная. Написано столь красноречиво, что страшно. Так цинично и жестоко идти к своей цели, подло, кроваво, разрушая не то что мечту, а жизнь... одну, две, все вокруг, ведь, сегодня товарищ, а завтра угроза, а значит пресечь заранее и чтобы другим не повадно было.
  Вспоминаются слова любимого учителя, рассказывающего о восстании Емельяна Пугачёва, что дорвавшийся до власти, через некоторое время сам поступает точно так же как бывшие хозяева, но в более жестокой форме. Правда, поправочка: там речь о необразованных мужиках шла, об отсутствии у них культуры... Это было там. Здесь же ещё страшнее. Свиньи набрались знаний, а значит могут владеть не только телами, но и умами, и душами, манипулируя, запугивая, унижая.

  Дальше...

  1984

  Но открыв "1984", я поняла, что в "Скотном дврое" было не страшно, что это всего лишь сатирическая прелюдия. И что животные, даже в образе людей, не способны на те изощрения и жестокости, которые может творить человек над другим человеком, всё для удержания той же власти. Подавлять, порабощать, унижать. И как же наивно полагал главный герой, что можно сохранить свои мысли, душу, что можно противостоять, пусть не бороться, не желать что-то поменять, но остаться человеком.

  
  Он подумал о телекране, этом недреманном ухе. Они могут следить за тобой день и ночь, но, если не потерял голову, ты можешь их перехитрить. При всей своей изощренности они так и не научились узнавать, что человек думает. Может быть, когда ты у них уже в руках, это не совсем так. Неизвестно, что творится в министерстве любви, но догадаться можно: пытки, наркотики, тонкие приборы, которые регистрируют твои нервные реакции, изматывание бессонницей, одиночеством и непрерывными допросами. Факты, во всяком случае, утаить невозможно. Их распутают на допросе, вытянут из тебя пыткой. Но если цель — не остаться живым, а остаться человеком, тогда какая в конце концов разница? Чувств твоих они изменить не могут; если на то пошло, ты сам не можешь их изменить, даже если захочешь. Они могут выяснить до мельчайших подробностей все, что ты делал, говорил и думал, но душа, чьи движения загадочны даже для тебя самого, остается неприступной.

  
  Нельзя, если ты хоть на миг дал эмоциям отразиться на твоём лице, если ты способен свободно мыслить, анализировать, помнить, не подвержен всеобщей эйфории слежения, дабы найти врага в своём соседе. Выпадаешь из общей картины, значит придёт время, когда тебя просто не будет. Нет, не в будущем, это само собой,.. а в прошлом... Никто, из ещё вчера знавших тебя, и не вспомнит, что ты ходил по земле, сидел за соседним столом, был добрым или злым, красивым или уродливым. Государственная машина отлажена и работает без сбоев. Она выслеживает, дознаёт, стирает... Каждый день, каждую минуту. Да, что там с теми, кто способен. Машина работает на опережение. И главное её оружие - страх. Запугать врагами внутренними и внешними, вселить ненависть. А как же с любовью, которой наделён человек, этой эмоциональной потребностью?.. Так для этого есть заботливый и добрый Большой Брат.
  Страница за страницей книга всё сильнее бросала в состояние ужаса, когда хотелось её закрыть, закрыть глаза, стряхнуть всё это как страшный сон. Ведь, написано до того точно, что с какого-то момента невозможно разделить переживания героя со своими. И веришь абсолютно во всё о чём читаешь. И возможно, гипертрофированность написанного ещё сильнее заставляет со всем соглашаться.
  Мысль о том, что у каждого человека свой страх, не нова. Вспомнился роман Лео Перуца"Мастер страшного суда" (книги ни в коем случае не сравниваю). Но что бы вот так поставить это для достижения цели в массовом масштабе - об этом для меня впервые, что бы этим нет, не убить человека, а растоптать. Хотя, почему не убить? Ведь, приступив внутри самое дорогое, предав, кого хотел всеми силами защищать, даже ценой собственной жизни, жизни, но не страха, ты умираешь внутри. Ещё ходишь, дышишь, но не чувствуешь.

  
  — Иногда, — сказала она, — тебе угрожают чем-то таким… таким, чего ты не можешь перенести, о чем не можешь даже подумать. И тогда ты говоришь: «Не делайте этого со мной, сделайте с кем-нибудь другим, сделайте с таким-то». А потом ты можешь притворяться перед собой, что это была только уловка, что ты сказала это просто так, лишь бы перестали, а на самом деле ты этого не хотела. Неправда. Когда это происходит, желание у тебя именно такое. Ты думаешь, что другого способа спастись нет, ты согласна спастись таким способом. Ты хочешь, чтобы это сделали с другим человеком. И тебе плевать на его мучения. Ты думаешь только о себе.

  
  А я, ведь, тоже боюсь больше всего на свете именно крыс. Ещё собак и змей, но к двум последним страх всё же укрощаемый, а к крысам он стойкий, до мурашек только при их упоминании, он смешивается с омерзением. Я всё же смогла прочитать эту пытку, содрогаясь от брезгливости и ужаса, перевернув страницу, вздохнула с облегчением, что я сижу здесь, на мягком диване, под тёплым пледом, а не нахожусь на твёрдом стуле в комнате с холодным и ярким светом. Все это к мастерству автора, который предложил и смог заставить пережить эмоции, почувствовать...
  И здесь в "1984 - м" и в "Скотном дворе" доверчиво веришь, что такой виток истории возможен. Почему? Так, ведь было... Не так фантасмагорично, но было. И от этого становится ещё страшнее.

  PS
  __________________________________
  Ему стало трудно продолжать. Он закрыл глаза и нажал на веки пальцами, чтобы прогнать неотвязное видение.
  Ему нестерпимо хотелось выругаться — длинно и во весь голос.
  Или удариться головой о стену, пинком опрокинуть стол, запустить в окно чернильницей —
  буйством, шумом, болью, чем угодно, заглушить рвущее душу воспоминание.

  10 понравилось

  47