Рецензия на книгу
Тяжелый песок
Анатолий Рыбаков
OlaNika27 ноября 2013 г.Так уж случилось, что за «Тяжелый песок» я схватилась не задумываясь. Как-то незаметно «проглотив» всех «Детей Арбата», Рыбаковым я не насытилась, мне было его мало. Под руку попался этот роман, ну что ж, тему Холокоста в художественной литературе я пока для себя не открыла. Пусть дебютом будет Рыбаков, достойное начало.
Начала читать в недоумении – где тяжесть? Где напряжение, осадок, гадкое чувство обиды за своих предков-соотечественников? Передо мной – светлое, легкое, сдобренное ярким украинским солнцем и тонким еврейским юмором повествование о любви, юности, доброте и традициях маленького южного городка с его коренным населением. Все время искала какого-то подвоха, скрытого негатива, резкого «потемнения» сюжета. И, не найдя, расслабилась и погрузилась в атмосферу большой дружной еврейской общины. Все было здорово, как наша жизнь – любовь, дети, праздники, гулянья до утра… Пока вдруг не наступило «ТО» утро. Поразила аналогия повествования и реальной жизни – ведь роман написан именно так, как все и случилось, он как будто разделен на «До» и «После».
Персонажи потрясающие – яркие, сочные, колоритные, ни одного лишнего.
Не могу присоединиться к общему хору восхищения главной героиней. Вот не восхищаюсь я ею, как бы ни старалась. Личность, бесспорно, сильная, яркая. Но на протяжении всего романа я не могла справиться с раздражением на ее, по мнению многих читателей, «твердый стержень». По мне, так это просто упрямое самодурство. Сильная и красивая, всю жизнь свою Рахиль строила по принципу «хочу – не хочу». Хочу – уеду из Швейцарии из семьи мужа к себе на родину (фи, там не любят как надо, не ценят такую потрясающую МЕНЯ). Хочу – заберу своего внука у его родной матери (тут ему лучше. Я сказала). Хочу дать младшим образование – а ну-ка, старшенький, обожди со своими «хотелками». (Мало ли что ты хочешь учиться, перехочешь, вот Дину давай-ка в консерватории выучим, ты нам тут нужен пока). Возможно, отношение детей к родителям в те времена, особенно наверно в еврейских семьях, строилось на послушании. Но отношение родителей к детям на примере этой в частности матери меня поражает (как тоже многодетную мать, кстати). Никакой любви к детям вот лично я не увидела, хоть убейте. В сцене, где маленькая Дина выступает в клубе, автор четко дает понять, ЧТО есть дети в этой семье, а именно – плод их многолетней любви. Как точно – любовь к мужу есть, любовь к себе вроде тоже. А дети… ну что ж, от любви бывают дети, куда ж деваться. Вот именно так я увидела Рахиль как мать. Да и от ее сына в описании всей жизни не прозвучало ни одного момента, где бы вспоминал он, как мать их приласкала. Только и сказано про тычки, подзатыльники и тяжелую ее руку. Свое Эго или опять же самодурство она четко обозначила в момент наступления немцев. Когда подали вагоны и можно было уехать, на вопрос, почему же не эвакуировались, сын-повествователь ответил читателю: «Мать не захотела». Сказано-то как! «НЕ ЗАХОТЕЛА»! Нормально так «не захотела». И угробила всю свою семью. Возможно, не понимая всей серьезности ситуации. Но мне больше верится, что это было очередным «не хочу». Вряд ли на тот момент она осознавала свою последующую значимость в гетто. Вряд ли приготовилась к сопротивлению. Просто осталась сама и оставила свою семью «всем врагам назло», в очередной раз не желая переступить через свое «Я». Видимо поэтому мне относительно спокойно читалось обо всех ужасах, которые ей пришлось пережить в гетто – каждый кошмар был следствием ее поступков: отправила мужа из гетто на помощь «снаружи», подослала дочь к своему брату-иуде, а маленького внука - к партизанам. То, что с ними потом сделали, отдельная песня. Все они – герои, да. А Рахиль… Ну получается, так сказать, руководитель героев. Если можно так выразиться о жене и матери, сознательно подвергшей пыткам свою семью. Пусть и преследуя благую цель – попытку освобождения остального гетто.
На фоне лично мне малоприятного образа Рахиль особенно тепло воспринимаются ее мужчины – тонкий и благородный, но когда надо, твердый и решительный муж Яков; надежный, покладистый сын Борис, собственно, повествователь; ну и самый, пожалуй, сильный и горячо полюбившийся мне персонаж – дед Рахленко, отец Рахили. Вот где действительно обитает внутренняя и физическая сила, мужество, мудрость, твердость и одновременно гибкость характера. Таким и должен быть истинный мужчина – сильным, добрым, надежным, ответственным за свой народ, за своих близких.
В целом же роман замечательный. Потрясающий. Завораживающий.
Но концовки мне не хватило опять… Видимо, это визитная карточка автора – несколько скомканный конец. Такое чувство бывает, когда сильно голодный кушаешь вкусную еду, а она вдруг возьми и резко закончись, а больше нет и негде взять. Вроде сыт, но еще бы поел. Вот примерно такое ощущение. Жаль (грустная улыбка).43221