Рецензия на книгу

• 

  scurufin1 декабря 2022 г.

  Эстетика саморазрушения в прозе Амброза Бирса

  Писать о войне можно по-разному.

  Кто-то, как Гоголь в "Тарасе Бульбе", смакует в подробностях кровавую сечу казаков с поляками; кто-то, как Ремарк или Хэмингуэй, в меру иронически пишет о расчеловечивании в Первой мировой; мемуаристы, вроде Черчиля, упиваются историей во всех деталях, используя все возможности осветить детали хронологии войны; бывают произведения, которые не задумывались как художественная история о войне, как дневники Анни Франк; кто-то, как Гашек в "Похождениях бравого солдата Швейка", сатирически высмеивает напускной патриотизм и некомпететность армейских начальников; а некоторые, как Бабель в "Конармии", показывают повседневный ужас и кровавую неразбериху гражданской войны.

  Амброз Бирс в своих рассказах выработал своё уникальное видение, которое интересно проанализировать, понять, какие цели он ставит перед собой в рассказах, и как он их достигает.

  При первом прочтении бросается в глаза отстранённость, с которой Бирс пишет о крови, раздробленных костях, клочьях мяса из растёрзанного горла. Перед нами текст повествование-описание, без оценок.

  Всё настолько отстранённо, что зачастую мы не знаем ни имён, ни принадлежностей главных персонажей к какой-либо из воюющих сторон. Мы вообще ничего о них не знаем, кромо того, что они делают.

  К примеру, в "Чикамоге" перед нами предстаёт ребёнок, заблудившийся в лесу и проспавший самое масштабное сражение янки и конфедератов за всю историю Гражданской войны. Мальчик проснулся посреди сотен тяжелораненых, которым осталось жить всего несколько часов. Поначалу ему кажется, что вокруг собаки, свиньи или медведи, но потом он узнаёт в них людей.

  В этот момент самое время ужаснуться и попытаться помочь, но, со свойственной людям, детям жестокостью (привет, Голдинг), мальчик запрыгивает на плечи беспомощному раненому, который ползёт напиться к ручью в последний раз.

  Всё очень весело до самого конца, когда мальчик узнаёт, что его дом сгорел, его семья жестоко убита, и лишь тогда радость сменяется ужасом осознания, и ребёнок остаётся рыдать на пепелище над трупом матери.

  Рассказ выстроен очень мощно с композиционной точки зрения. Малая форма особенно требовательна к чёткости выражения мыслей, и Бирс безупречно организует повествование, так что все детали рассказа работают вместе, оставляя у читателя по прочтении сложную смесь чувств.

  Мы не видим самого сражения, только отголоски ("бряцанье оружия", "пушечная пальба"), но мы видим итоги: брошенные разорванные люди как "рой огромных чёрных жуков" ползут вниз по склону к ручью, залитому кровью.

  Зачем Бирсу делать из мальчика пророка, ведущего скорбное шествие за указующим огненным столпом? Может быть, просто так, а может быть, чтобы читатели сравнили Гражданскую войну с жестокими ветхозаветными традициями. Врага можно и нужно уничтожить, потому что это враг. Но когда горе настигает тебя лично, тут уместно проклясть судьбу и надеятся на божественное отмщение.

  В этом контексте хочется упомянуть "Красный смех" Андреева, который тоже погружает читателя в кровавую вакханалию полей сражений после битвы. Там главный герой не спит девятую ночь, помогая санитару собирать мёртвые изломанные тела в санитарный поезд, и над каждым реет Красный смех.

  Здесь, у Бирса, ребёнок до самого конца нисколько не тронут происходящим. Дома его развлекали негры, ползающие на коленях, чтобы его позабавить. Для мальчика полутрупы вокруг -- и не люди вовсе. Это просто способ развлечься.

  Я думаю, проза Бирса -- гуманистическая по своей природе. Она иллюстрирует множественность разных черт характера, которые раскрываются в человеке на войне, но в то же время нисколько её не идеализирует, так что особенно чётко считывается ненависть Амброза Бирса к любым проявлениям человекоубийства.

  Война -- это плохо, это смерть и ужас. Нет войне!

  Американской гражданской 1861 года

  5

  187