Рецензия на книгу

• 

  bukarest_15 ноября 2013 г.

  Творчество Джона Гришэма всегда отрезвляет меня. Не в том смысле, что хорошо помогает от похмелья, а в том, что приводит в равновесие разум и чувства. У автора нет ни сентиментальности, ни чувственности, ни романтических историй, ни розовых соплей. Добротная проза с уклоном в юриспруденцию. Поскольку читаю я постоянно, практически всегда что бог пошлет, то иногда попадаются книги, которые выносят эмоции за всякие рамки и душа идет вразнос. Когда не хочется ничего делать, а только лежать, смотреть в потолок и переживать, переживать, переживать, летая в облаках. В таких случаях я беру книгу Джона Гришэма - их у него много, есть где развернуться - и начинаю читать. Это замечательно прочищает мозг от всякого мусора.

  Скажу сразу – в юриспруденции я полный ноль, «нулее» некуда. Давным-давно в техническом ВУЗе было у нас загадочное «трудовое право», которое вела надменная дама, умудрившаяся весь наш курс напугать до трясучки. Ее конспект я выучила наизусть и что-то пролепетала на экзамене (в аудитории стояла звенящая тишина). И тут меня настиг вопрос, ответа на который я не знала. Его же не было в конспекте. Я честно призналась, что ответить не могу, и смирилась с пересдачей. Дама злобно посмотрела на меня поверх очков, помолчала, покачала головой, видимо, поражаясь моей безграмотности, и ехидно заявила: «Не знаете! А стоило бы поинтересоваться! Всех касается!» Все – то есть студиозы, сидящие за мной и ожидающие своей очереди на экзекуцию – опускали взгляды и головы. Я буквально чувствовала это горящей кожей спины. Дама что-то написала в зачетке и отдала ее мне. Это был единственный экзамен, с которого я выходила с дрожащими коленками, а по лестнице спускалась, одной рукой держась за перила, а другой за подружку, которой было не лучше, чем мне. Только в вестибюле я осмелилась заглянуть в зачетку. В ней стояла запись «отлично», от чего меня затрясло еще сильнее. Очень хотелось лечь и уснуть. Или выпить. Или… забыть юриспруденцию как страшный сон.

  С тех пор я не любила все, что связано с законами и юристами. Вернее, не понимала и боялась. И книги Джона Гришэма обходила десятой дорогой. Потом как-то случайно от нечего делать решилась прочитать «Фирму». Удовольствие, полученной от прочтения, было сравнимо с удивлением, как можно было столько лет не замечать шикарной книги, пусть и в скромной мягкой обложке. Я ее даже перечитывала, наслаждаясь отдельными моментами. Все четко, по-деловому, и в то же время с юмором, и позитива через край. То, что доктор прописал! Так оно и пошло. Я не читала Гришэма запоем, одну книгу за другой, но где-то раз в полгода обращалась к нему за дозой хорошего настроения. При этом книга не выносила мозг и не разводила на эмоции. Любая его книга.

  И вот вчера (!) я взяла новое, еще не читанное мной «Признание». Ужин съеден, посуда помыта, супруг по-тихому смылся в гараж. Полная свобода. И я села читать. А встала с дивана, когда прочитала книгу до конца, в четыре утра сегодня. Первое произведение Гришэма, которое я не смогла отложить на потом. Мне нужно было знать сейчас. Немедленно. Сию же минуту. Без знания, как развиваются события и чем все закончится, я не могла спать. Не могла жить спокойно. Поэтому я читала.

  Банальный сюжет. Совершено убийство. По анонимному звонку задержали чернокожего паренька, и в участке буквально выбили из него признание. Дальше – суд, приговор и камера смертников. И адвокат, который бился за клиента долгих девять лет. Который подавал апелляции во все инстанции, ссорился с коллегами, прокурорами, судьями и присяжными, уговаривал, упрашивал, умолял, угрожал, кричал на всех перекрестках, стучался во все двери, сражался со всем миром. И все это было бесполезно.

  А потом судьба подкинула «чудо», как изящно написал автор. «Чудо» долго ходило вокруг да около, смущалось, сомневалось, тревожилось, что о нем подумают, боялось огласки и судебного преследования. И в итоге созрело. И была безумная гонка. От смерти. От одной двери к другой, от одного суда к другому. От отчаяния к надежде и обратно к отчаянию. Когда за словом «чудо» следовало страшное слово «навсегда». И сжималось сердце. И в голове стучало «пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста». Ну, что вам стоит, вы же все можете, ну, помогите нам. И удивляли люди. Одни, беззаветно и бесплатно бросающиеся спасать, другие – недоумевающие, зачем все это нужно, чего тут вмешиваться, пусть все идет как идет. И еще одни, все знающие, имеющие власть остановить, осознающие, что остались даже не дни, часы, и хладнокровно решающие ничего не делать самим и не позволить другим. Распивающие в роскошных кабинетах коллекционный виски и делающие вид, что не получали прошений. Играющие в гольф, когда в их двери в их же рабочее время стучались юристы, спасающие ни в чем не повинную жизнь, а на двери висела табличка «закрыто». Устраивающие вечеринку для друзей, в то время когда их город раздирало на части от ненависти и беспомощности.

  А потом была месть. Нет, не месть. Возмездие. За то, что натворили. За то, что не остановились. За то, что не прекратили, хотя могли. Досталось всем. Всем поголовно. Всем поименно. Не забыли никого. Рухнули карьеры. Огласились банкротства. Начались прятки от прессы и знакомых. И даже «чудо» получило свою долю испеченного ими пирога. Потому что Джон Гришэм не пишет ни любовных, ни фантастических романов. У него все четко, по-деловому. Впрочем, я повторяюсь.

  10 из 10

  63

  1,1K