Рецензия на книгу

• 

  lessthanone5014 ноября 2013 г.

  Вот уж чего не собиралась делать, так это писать об «Анне Карениной». Рецензий – множество, критики – и того больше, а я со своей стороны могу предложить лишь впечатление о Толстом как авторе и очень субъективное мнение о персонажах романа. Мне даже неловко их так называть – «персонажи». Они ведь реально существуют в пространстве, и не только в литературном, но уже и на уровне имен нарицательных, устойчивых образов и характеров. И это я говорю притом, что ни один из героев мне, по большому счету, не нравится (но мне нравится, как они сделаны: их мысли, ощущения, движения душевные и физические, их поразительно живые реакции, которые очень верно уловлены и переданы).

  Многие отмечают в своих отзывах, что назвать роман «Константин Левин» было бы так же справедливо, как и «Анна Каренина». Несмотря, тем не менее, на основательное присутствие в тексте Левина, меня именно образ Анны беспокоит. Она меня всю дорогу раздражала, и чем дальше, тем сильнее. Помните, может быть, знаменательный момент, когда Анна вернулась в Петербург из Москвы и, выходя из поезда, увидела мужа. «Ах, отчего у него стали такие уши?», подумала она, и вот эта фраза, уже имеющая в себе зачатки будущей истерики и экзальтации, отвернула меня от Карениной.

  Я даже затрудняюсь для себя определить, чем же мне так не нравится эта женщина. Я ее просто не понимаю: как можно было саму себя так загнать, завести, довести, чтобы не быть в состоянии хоть сколько-нибудь объективно оценивать ситуацию, чтобы с головой во все происходящее погрузиться, не видеть выхода, не искать его даже, не верить? Я, разумеется, не могла не думать о том, что мне, возможно, для понимания не хватает того, что называют «жизненным опытом». Но, будучи сильно под впечатлением от романа, я приставала к взрослым коллегам, имеющим мужей, детей и большой (и разный) опыт семейной жизни. Как выяснилось, это не показатель. Мнения разделились: кто-то называл Анну дурой и истеричкой, а кто-то говорил, что у нее другого выхода не было. Тема для обсуждения интереснейшая и неоднозначная. Еще более неоднозначно то, что я вполне могу согласиться с аргументами в защиту Анны (не переставая в то же время считать ее несимпатичной): действительно сложная ситуация, неустойчивое положение, мнение общества и тому подобное. Главная причина моей неприязни в том, что я для себя такое поведение не приемлю. Хочется думать, что ты-то уж, конечно, в случае чего поведешь себя по-умному и иначе, но зарекаться, как известно, дело опасное.

  Я вообще считаю, что беда Анны заключалась в том, что она не сумела из состояния влюбленности перейти в обычную жизнь, переход в которую неизбежен. Не может все время гореть синим пламенем, страсть уходит, но на смену ей должно прийти что-то другое, и это другое не хуже. Даже странно, что Анна, позиционируемая как женщина умная и неординарная, не сумела вывести отношения на новый этап. С другой стороны, как ей было видеть картину объективно, если она вся была в этом, только на Вронского и смотрела, только этим жила. Пожертвовала всем ради страсти, а та угасла. И нужна ли была ей спокойная жизнь без этой дикой влюбленности? Да, но под поезд?..

  И Вронский мне не понравился. Его так называемый «кодекс чести» - бесчестен, а сам он проще и обычнее, чем кажется со стороны.

  Какое-то чувство жалости и даже симпатии вызвала Долли, вечно страдающая от безалаберного, но обаятельного Стивы. К тому же, именно ситуация в «доме Облонских» была мне почему-то ближе и понятнее некоторых других, и ее описанием во многом и вызвано то откровение, которым явился для меня Толстой на этот раз. Впервые, честно говоря.

  Очень я рада, что перечитала роман. Пожалуй, я наконец поняла, за что Толстого называют гением. Если я столько думаю о романе, разговариваю о нем с разными людьми, даже что-то пытаюсь написать, когда уже вроде бы все сказано, то это неспроста. И это выходит за рамки литературы, соприкасается с жизнью и продолжает существовать уже помимо книги. И в этом для меня гениальность «Анны Карениной».

  17

  90