Рецензия на книгу

• 

  KontikT29 октября 2022 г.

  Сложная оказалась для меня книга. Примерно половину книги я не могла и почему то не хотела вникнуть в сюжет.
  Повествование конечно сложное, потому что действие происходит в разных временные промежутки и не разделен текст на главы, все идет сплошным текстом и только читатель должен уследить, когда идет переход от времени упадка римской империи до средневековья и нашествия чумы, или же оказаться в 20 веке в предверии и во время 2 мировой войны. Объединяет все эти три временных промежутка только место действия.И если ранее у других авторов такой прием без разграничений времени мне нравился, то здесь почему то я плохо воспринимала.
  Видимо это было потому, что в книге много философских рассуждений и отсылок к разным эпохам и философам. В ней я не сильна и мне трудно было воспринимать текст, порой даже хотелось бросить книгу. Три главных героя в трех эпохах- трудно было понять к чему ведет автор .
  И только в конце стал понятен и сюжет и конфликт что постоянно прослеживался варварство против цивилизации. И каждому герою пришлось выбирать между дружбой и долгом, становится перед выбором жертвования одним ради многих жизней, любовью или дружбой.
  Много вопросов поднимает автор. Но все таки книга читалась мною тяжело очень долго. Вторая половина пошла легче, но все равно впечатление нужно писать от книги в целом и оно разное, потому и оценка получилась такой.
  Если кто хочет понять, почему так трудно мне далась книга приведу отрывок из книги- судить сами кто хочет, чтобы его прочесть и понять приходится возвращаться и вдумываться в каждое слово. Тяжелый слог , или же я просто не философ от слова совсем

  Только философ может судить философа, ибо они одни способны постичь то, что лежит за пределами материального.
  Проявил ли Манлий в «Сне» чувство юмора, никак не прослеживающееся во всех остальных его сочинениях? Разумеется, в «Сне» есть своеобразный оттенок игривости, которая только затрудняет понимание текста. Ведь образцом для его «Сна» послужил по форме, но не по сути, более знаменитый трактат, написанный за пять веков до него Цицероном. Модификации простираются в обоих направлениях одновременно, увязывая прошлое золотого века Рима с темным и смутным будущим.
  Знаменитый «Сон» Цицерона (предмет ученых изысканий вот уже почти две тысячи лет) включен в труд «О республике», где окончательное рассмотрение проблемы гражданской добродетели вложено в уста Сципиона Африканского, самого благородного среди римлян. Юный Сципион видит сон, в котором встречает себя самого в старости, обозревает чудеса мироздания и выслушивает объяснение тому, что деяния великих мужей в обществе суть часть мировой гармонии, установленной божественным.
  Манлий переработал «Сон», придав ему более меланхолическую, не столь оптимистическую направленность. На сей раз грезит сам Манлий: название подразумевает сон о Сципионе, а не сон Сципиона, а поводом к нему служит пролог, в котором Манлий дискутирует о философии с Софией. Та упоминает знаменитое изречение Сципиона, который, глядя на развалины Карфагена, плачет, как бы такой участи не подвергся в свой черед сам Рим.
  Чреватый момент: то же изречение вдохновило Блаженного Августина написать «О граде Божьем» после того, как разграбление Рима в 410 году сделало реальностью страшное видение Сципиона. Некоторые моменты позволяют предположить, что Манлий, видимо, читал этот великий труд Августина. Его трактат — последний ответ на него язычества перед тем, как неуклонное наступление христианства подавило всякое инакомыслие. Под его пером разграбление Рима Аларихом становится символом конца цивилизации, окончательным изничтожением всех ценностей. Свои изыскания Манлий начинает во тьме, и лишь крайне медленно София выводит его к новому свету. Не к свету христианства — это варварская религия. Цивилизацию разрушить не так просто.
  

  28

  980