Рецензия на книгу

• 

  Rossweisse24 октября 2013 г.

  Наверное, у каждой женщины была или есть (а если нет, то не обольщайтесь - будет) такая знакомая: вечно жалуется на своего парня/мужа, раздувая вселенскую трагедию из малейшей размолвки, а если повода для размолвки нет, будьте покойны, придумает и в красках распишет его благоверному, а потом будет долго плакаться на благоверного подругам.
  Вот то, что выше, и есть краткое словесное изображение Митицуна-но хаха, какой она предстаёт перед читателям со страниц своего дневника, охватывающего около 20 лет её жизни и посвящённого преимущественно отношениям с супругом, Канэиэ. Какие-то эпизоды своей жизни Митицуна-но хаха описывала спустя некоторое время, и они представляют собой небольшие, но цельные зарисовки, другие же представлены копиями переписки, а переписываться в эпоху Хэйан любили долго и со вкусом, непременно стихами на цветной бумаге, прикреплённой к ветви приличествующего случаю и сезону растения - всё это сообщает супружеским ссорам особое очарование, неведомое обладателям мобильных телефонов.
  В самом деле, ну что может быть приятнее, чем высказать этому козлу всё, что о нём думаешь, в пяти строках изящного стихотворения, сочинённого при лунном свете, а потом приписать на полях что-нибудь гордое и небрежное, доказывающее, что он тебе безразличен?
  Автор дневника изрядно утомляет своей нервозностью и непоследовательностью: вначале она равнодушно отвечает на письма ещё-не-мужа, не демонстрируя ни малейшего интереса, но, вступив в брак, принимается сетовать на холодность, недостаток внимания и редкость посещений, а когда супруг наконец заявляется на порог - обрушивает на него шквал упрёков и жалоб или, для разнообразия, замыкается в молчании. И после ухода мужа, конечно же, снова начинает плакать о своём одиночестве.
  Надо очень сильно проникнуться духом Хэйан, чтобы понять женщину, которая ненавидит любовницу мужа, но при этом мило переписывается с его старшей женой, а впоследствии берёт на воспитание его дочь от другой любовницы.
  Ладно, в чём-то Митицуна-но хаха понять можно, Канэиэ тот ещё фрукт: надо совсем не иметь сердца, чтобы, направляясь в тайное любовное гнёздышко, с помпой проезжать мимо ворот законной супруги, дескать, пусть будет в курсе.
  Если сравнивать Митицуна-но хаха с другими "дневниковыми дамами" той эпохи, Сэй-Сёнагон и Мурасаки Сикибу, разница между ними будет разительна, а сравнение - не в пользу первой. Казалось бы, те же шелка, те же цветы и птицы, те же праздники и те же стихи - но насколько ярче и живее они в записках госпожи Сэй-Сёнагон и госпожи Мурасаки, насколько любопытнее их наблюдения, тоньше чувства, богаче речь. Да что их сравнивать, блистательных придворных дам и домашнюю затворницу, "дождевую лягушку" Митицуна-но хаха, которая в собственном дневнике даже имени своего ни разу не упомянула, вот и известна нам как Митицуна-но Хаха - "мать Митицуна" или Томоясу-но мусумэ - "дочь Томоясу". Жалко, право.
  И если первое чувство, которое вызывает автор "Дневника эфемерной жизни" - это раздражение, то второе - сочувствие.
  В самом деле, как тут не стать плаксой и истеричкой, как не помышлять о смерти или хотя бы уходе от мира, если вся жизнь - это домашние хлопоты, вечно отсутствующий муж да поездки по храмам в качестве способа развеяться? Тут бы любая ревмя ревела.
  Неудивительно, что малейшее движение души в такой ситуации даёт пищу для долгих раздумий и завершается взрывом эмоций.
  Вот и сидит дочь Томоясу, жена Канэиэ, мать Митицуна, перебирает любовную переписку - сначала свою, потом повзрослевшего сына, а вот и у приёмной дочери, совсем ещё юной, появился ухажёр...
  Вот она, жизнь, пришла и прошла, отшелестела шелками, отцвела цветами, осыпалась листьями. Чернила выцвели, и не разобрать уж, что было.

  17

  280