Рецензия на книгу

• 

  lastdon15 октября 2022 г.

  Дом на набережной хорошо известен, как дом советской элиты, в последствии репрессированной. Поэтому от романа, нашумевшего в 1976м году без единой поправки со стороны цензуры и ставшего событием в литературе, я ожидал чего-то особенного про судьбы обитателей этого громадного жилого комплекса. После публикации опомнились, на автора накинулись, и о переиздании речь уже не шла.

  Роман этот - о детстве и юношестве , в некотором роде автобиографичен, потому что автор сам провел детство в этом доме, и под вымышленными именами вывел реальных людей..
  В доме живет профессорская семья Ганчук, и к ним регулярно захаживает Вадим - Дима Глебов, сначала соученик, а затем сокурсник дочери профессора Сони.

  Глебов-то в своем двухэтажном подворье жил с рождения. Рядом с серым, громадным, наподобие целого города или даже целой страны, домом в тысячу окон ютился на задворках, за церковью, за слипшимися, как грибы на пне, каменными развалюхами дом, немного кривой, с кое-где просевшею крышей, с четырьмя полуколонками на фасаде, известный среди жителей здешних улиц как «дерюгинское подворье»
  

  Большая часть романа и посвящена этому подворью, мальчишкам, дракам, проблемам.. Про компанию Димы Глебова..

  В институте, где уже учатся Соня и Глебов, к независимому профессору пытаются подкатиться, и находят слабое звено - да, нашего героя.

  Он был совершенно никакой, Вадик Батон. Но это, как я понял впоследствии, редкий дар: быть никаким. Люди, умеющие быть гениальнейшим образом никакими, продвигаются далеко. Вся суть в том, что те, кто имеет с ними дело, довоображают и дорисовывают на никаком фоне все, что им подсказывают их желания и их страхи. Никакие всегда везунчики.
  

  Профессор кстати, герой гражданской, и знаток Маркса, это еще не борьба с врагами, а так только закулисные интриги:
  
  – Видите ли, Глебов, – продолжал Друзяев, – мы не против вашей аспирантуры и не против того, чтобы Ганчук был вашим руководителем в дипломной работе. И мы, конечно, совсем не против того, чтобы вы породнились с профессором. Мы также никогда не возражали против того – я тут человек новый, но мне товарищи рассказали, что этот вопрос ни разу не поднимался, – чтобы супруга Ганчука, Юлия Михайловна Брюс, работала у нас на кафедре языков, руководила группой. Понимаете, в чем штука: все в отдельности превосходно, а все вместе – перебор.
  

  Давление на него усиливается, заставляют выступить на собрании, сказать, Глебов обеспокоен, он не знает, как поступить.. Просит друга помочь через его отца , чтобы от него отстали:

  Ишь ты, какая чистюля! – вдруг со злобой ощерился Левка. – Другие пусть мажутся, а я в стороне постою, а? Так, что ли? Хорош гусь!

  Хотя профессор относится очень хорошо к Глебову, все равно в семье поражены его невыразительным молчанием.. Ведь если бы человек занял бы одну или другую точку зрения и вел себя соответственно, всем бы стало легче и ясней.. И не друг и не враг, а так. Хотя жена профессора быстро раскусила его:

  Он спросил: что он сделал плохого?
  – Вы ничего не сделали пока. Еще не успели. Но зачем ждать, когда сделаете? Уходите теперь…
  

  В определенный момент травли профессора, сам Ганчук тоже не выдерживает:

  - Вот и вы, Дима, зачем вам приходить сюда? Это совершенно необъяснимо с точки зрения формальной логики.

  Роман, хотя и читается легко, слабоват, а то что набросились, это не показатель, на любое нормальное произведение накидывались, и то что журнал из рук в руки ходил, тоже, все же не Иван Денисович.

  Нынче человек не понимает до конца, что он творит… Поэтому спор с самим собой… Он сам себя убеждает… Конфликт уходит в глубь человека – вот что происходит…

  И фамилию "Глебов" замарал автор почем зря.

  15

  1,3K