Рецензия на книгу
Гранатовый браслет. Повести и рассказы
Александр Куприн
kseona_carone10 октября 2022 г.ГРАНАТОВЫЙ БРАСЛЕТ / Александр Куприн
Приступая к чтению повести «Гранатовый браслет», я не испытывала особого желания заново открывать для себя творчество Александра Куприна. В школьные и студенческие годы этому автору уделялось немало внимания, и оставшихся впечатлений, подчас поверхностных, до недавнего времени мне вполне хватало. Тем не менее для осеннего марафона я, поразмыслив, выбрала именно это произведение – и это было верным решением: я давно не испытывала таких сильных эмоций.
Повесть рассказывает о княгине Вере Николаевне, которая в день своих именин получает дорогой подарок – гранатовый браслет. Это украшение ей передают с запиской от давнего поклонника; Вера Николаевна не знает его имени, только инициалы, которыми он подписывает каждое свое письмо, - Г.С.Ж. Но героиня замужем, и ей неловко принимать подобные подарки. Ее муж, недовольный подобной ситуацией, находит отправителя: им оказывается скромный чиновник Георгий Желтков, много лет безответно влюбленный в княгиню. Он просит прощения за свои письма и за свои чувства, обещает уехать и больше никогда не вмешиваться в их жизнь. Муж верит его словам, и только Вера Николаевна предчувствует трагический исход…
Десять лет назад, впервые прочитав повесть, я была настроена скептически. Безнадежная влюбленность, доходящая до идолопоклонства, мне была хорошо знакома, и потому я считала себя вправе размышлять об этом свысока. В школьном сочинении я раскритиковала Желткова как персонажа, заявив: легко любить на расстоянии. Проживи герой хоть месяц с Верой Николаевной в одном доме, узнай он ее привычки, недостатки, слабости, смог ли бы он сохранить в сердце прежние чувства? Тогда я была уверена, что это невозможно, что любовь может пройти испытание временем, но испытание бытом – никогда...
За сочинение мне поставили пять, не подозревая: я писала не о любви Желткова, а о своей собственной. И, теперь, спустя столько лет, я вновь испытываю те же чувства и, читая стертую из памяти повесть, думаю: не я ли тот самый Желтков, наблюдающий тайно за своим идеалом? Хранящий забытую после выставки программку, которую держали обожаемые руки, и целующий записку с отказом? Не я ли должна просить прощения за свои неуместные чувства? Я, я! И это не Желтков, это я говорю его словами:
«Я бесконечно благодарен Вам только за то, что Вы существуете. Я проверял себя – это не болезнь, не маниакальная идея – это любовь, которою богу было угодно за что-то меня вознаградить»…
И я уже больше не критикую Желткова, пусть он был сотню раз неправ, посылая письма Вере Николаевне, не насмехаюсь над возвышенными выражениями его наивных посланий и не спорю с Куприным, убежденным в существовании настоящей любви, ведь мой собственный жизненный опыт заставляет меня согласиться с автором и, закрывая повесть, улыбаться сквозь слезы.
1756