Рецензия на книгу

• 

  Victorica6 октября 2022 г.

  Мисима для меня - вечный певец декаданса по-японски. В его ювелирном исполнении любая гниль, любая плесень, любые противоестественные извращения звучат как поэтическая элегия, как гимн смерти. Красота в неспешном и изощренно мучительном обрывании лепестков заботливо выращенного прекрасного цветка; красота безмятежного пейзажа, с особым эстетическим изяществом вписанного в него трупа мертвой собаки; красота буддийского алтаря, с возложенными на него отрезанными волосами женщины, которая решила уйти; красота луны, всплывающей на поверхности воды, скованной ободом жестяной лохани во время гадания на судьбу; красота пушистого снега, проникающего под покров повозки и засыпающего подол кимоно и стыдливо выставленный мысок женской обуви; красота любовного свидания, где молча и неумело впервые снимают покровы. Читать Мисиму - это всегда изнывать душой, и трепетать, и почти заболевать - настолько он абсолютно вневременно невозможно прекрасен. История Киёаки и Сатоко может восприниматься по-разному. На поверхности находится довольно простая история, в которой есть юный красивый мальчик, избалованный богатством семьи, утонченно-аристократическим воспитанием, праздностью, всеобщим обожанием его исключительной внешности, который в эгоизме заигрался в чувства. Есть сдержанная красавица, готовая пойти на все ради любви, есть тайные наперсники, которые сводят и прикрывают влюбленных, есть семьи, которые за своей насыщенной светской жизнью не замечают тайную жизнь своих детей, пока не становится слишком поздно. С этой точки зрения, вероятно, Весенний снег действительно может выглядеть как Ромео и Джульетта, которые обжигаются любовью и гибнут по воле обстоятельств. Но нет. Мисима не так прост, и даже оговорка "по-японски" не сделают эту историю ближе к шекспировскому сюжету. Нет изначальных внешних обстоятельств, препятствующих воссоединению Киёаки и Сатоко. Препятствие, вернее сама невозможность иной развязки их отношений, кроме как трагической, заложена в самой сути главного героя - он не то чтобы не хочет, он не может, не создан ни для любви, ни для жизни. Вся суть его - пологий склон, идущий вверх, неумолимо кончающийся обрывом. Иначе быть просто не может. И единственный, кто понимает силы, движущие Киёаки, его друг и антагонист Хонда, олицетворяющий рациональное, разумное, спокойное начало, в противовес чувственному, рассеянному, хаотичному и оттого неизбежно темному началу главного героя. Киёаки сгорает и гибнет, оставляя Хонду, друга, а не возлюбленную Сатоко, отошедшую в тень, ошарашенным, влюбленным, впечатленным на всю жизнь, в ожидании неизбежной встречи под водопадом.

  27

  1,4K