Рецензия на книгу

• 

  koopochka27 сентября 2013 г.

  "Умнее Пушкина я никого не знаю", - заметила как-то Александра Осиповна Смирнова (в девичестве Россет).

  Вот и подоспел второй том "Друзей Пушкина". Второй том, честно говоря, в чем-то оказался интереснее, хотя это ожидаемо, именно во втором томе находятся разделы, посвященные Н. Н. Гончаровой (Пушкиной) и секунданту со стороны Пушкина на его дуэли с Дантесом с созвучным именем Данзас. Я отдаю себе отчет, что все эти факты и подробности на сто раз обмусолены пушкинистами и прочими литературоведами, и не являются откровением. Но это пушкинистам они не являются откровением, а мне очень даже.
  Отдельно хочу отметить, что составитель сборника выступает адвокатом Натальи Гончаровой, отводя от нее все обвинения и подозрения, как в том, что и Пушкина она не любила, так и в том, что поэт из-за нее погиб.
  Автор пишет: "Виновата ли Наталья Николаевна? Кокетничала ли она с красавцем-кавалергардом, облепленным, как панцирем, грязью того круга, к которому принадлежал, и собственной мерзостью? Виновата - кокетничала, не замечая грязи. Однако это ли убило Пушкина? Нет, не это. Поэта убили люди, убедившиеся в том, что его невозможно заставить жить по их законам. Так вправе ли потомки винить жену Пушкина - ту, которую он любил так искренно, так нежно? Ту, о которой сказал перед смертью: "жена моя ангел"? Ту, за которую отдал великую жизнь?". И далее: "Светлая ей память и низкий поклон за то, что она дала шесть счастливых лет Пушкину!".
  И это, наверное, самая пронзительная глава, и видно, что автор этих строк искренен, и вообщем цепляет и убеждает. Тем не менее, именно в этот том вошли главы и про других женщин Пушкина: дочери генерала Раевского, беззаветно любившая Пушкина обитательница Тригорского Анна Вульф, ее сестра Евпраксия, та самая Анна Керн (Я помню чудное мгновенье), Екатерина Ушакова, Анна Оленина, дочь Кутузова Елизавета Хитрово и прочие. Всем он оставил стихотворения, со многими вел переписку. Все это присутствует в сборнике.
  Завершает сборник глава о Данзасе. То есть, соответственно, о смерти Пушкина, с подробным воспоминанием Данзаса о ходе дуэли. И это стоить прочитать.
  Что я подумала по итогам всего этого. А подумала я просто и банально: Пушкин - это все равно явление, хоть и заезженное в силу раскрученности и постоянного пристального внимания, но менее значительным он от этого не становится.

  9

  241