Рецензия на книгу

• 

  ShiDa6 сентября 2022 г.

  «Все плохо, мои возлюбленные братья?»

  Эта – из тех книг, которые прославились экранизацией. Фильм, говорят, замечательный (с чужих слов, я не смотрела), но я его побаиваюсь. Если я ввожу название «Заводной апельсин», то мне в разделе «похожие фильмы» отчего-то показывают всякий треш типа «Человеческой многоножки» и «Свадебной вазы». Этого достаточно, чтобы отбить у меня всякое желание смотреть великое творение Кубрика, при всем к нему глубоком уважении. Но нельзя же в полные 27 лет быть необразованной, самое время познакомиться если не с фильмом, то хоть с первоисточником, не так ли?..

  Могу понять тех, кому оригинал категорически не нравится. Местами он очень злой, невротичный, даже жестокий, а главный герой вызывает омерзение и бессильную ненависть – вот хочется его убить, но зачем-то терпишь его, а временами даже жалеешь. Берджесс, конечно, был мастером, раз его читатели добираются до финала, и это с Алексом в заглавной роли. В ином случае можно было бы забросить книгу после первых 50 стр.

  Алекс – самый мерзкий персонаж из главных, которые были на моей памяти, он даже Броуди оставляет в аутсайдерах. Алекс – психопат, у него начисто отсутствует эмпатия, и любимое дело в его жизни – калечить жизни остальных. С приятелями, которые те еще мрази, не лучше Алекса – с ними он убивает, насилует, грабит и совершает прочий «веселый» треш. Наблюдать за этим сначала противно... но после привыкаешь, как к чему-то неизбежному. К счастью, Алекса ловят и изолируют, а потом делают... эм... подопытным в важном, с точки зрения медицины, эксперименте. Поскольку научить психопата эмпатии невозможно, у него пытаются развить рефлекторное неприятие насилия: в случае, если Алекс захочет прибегнуть к нему, он не сможет, потому что тело откажется ему повиноваться.

  Самое забавное, что автор хочет поговорить о нравственности этого, хотя в данном конкретном случае это несколько... нелогично, что ли? Если бы на месте Алекса был запутавшийся человек с подавленной (в силу жизненных обстоятельств) эмпатией, можно было бы рассуждать, насколько этично ставить над ним такой эксперимент. В случае этого «иного» эксперимент не имел бы смысла, потому что был бы направлен на взращивание отвращения к насилию, а не на социализацию, подавление жестокости естественным путем. Но Алекс именно что психопат. Психопатические черты можно корректировать, пока психопат еще молод и не почувствовал жажды насилия. Но психопата-маньяка бессмысленно перевоспитывать/социализировать, это человек с больной головой, он просто не сможет жить в обществе, постоянно испытывая позывы к насилию. Таких, как Алекс, нужно пожизненно изолировать. В мире «Заводного апельсина» ему дают выбирать – либо тюрьма, либо воля, но после успешного эксперимента. И Алекс самостоятельно принимает решение, никто его силком не тянет, он просто хочет выйти из тюрьмы, так что дальнейшее – это его ответственность (серьезно, он рассчитывал, что его выпустят из тюрьмы и он пойдет дальше убивать и насиловать?). Автор всерьез спрашивает: разве правильно лишать человека свободы воли (т.е. заставлять его быть добрым, а не злым)? Но если Алекс психопат, то он и так лишен свободы воли. Алекс не выбирает между эмпатией и ее отсутствием, у него эмпатии просто нет, так устроен его мозг. Алекс не может сознательно выбрать сторону добра, если его тянет совершать преступления (да-да, это сродни болезни, хоть ею может не признаваться). По сути, врачи, программируя Алекса на условное «добро», просто меняют его поведение, чтобы его тело не могло совершать насилие, это работа с рефлексами, а не с мозгом, Алекс более не может убивать и насиловать, но мозг-то его остался прежним. Задачу эксперимент выполняет – преступный элемент более не опасен и не занимает место в тюрьме. И говорить о том, насколько нравственно поступили с Алексом... а разве нравственно было запускать психопатию у подростка до такого состояния? Разве нравственно поступал сам Алекс? Алекса немного жалко – но абстрактно, как жертву своего мозга и ужасного воспитания, но совсем не жалко, что его пытаются лишить права на насилие.
  
  Хотя я не согласна с автором (о том, что дискуссия вокруг эксперимента нужна в случае с Алексом), я признаю, что книга великолепна, прекрасна и прочее. Она отлично отражает сознание криминального элемента. Она даже по политике проехалась – и это было забавно, конечно же. «Заводной апельсин», возможно, был бы еще лучше, не окажись Алекс настолько однозначным злодеем без выбора (финал меня не убедил, простите). Но достаточно и того, что есть. Не знаю, каковы остальные книги Берджесса, но эта не зря сделала его классиком.

  138

  3,7K