Рецензия на книгу
Отверженные
Виктор Гюго
garatty7 сентября 2013 г.Эта книга, может быть, нашла бы меня не скоро, если бы не недавний мюзикл-экранизация. Мюзикл меня в определенной мере поразил и произвел сильнейшее впечатление. Когда я закончил просмотр, то подумал что именно так и нужно экранизировать классику. Я имею в виду не в стиле мюзикла, а вообще необычно, нестандартно, оригинально. Мне всегда было скучно смотреть простое переложение книги на кинематографический лад. Редко в этом деле режиссеру удается снять что-то стоящее, и всё чаще меня это наводило на мысль, что и не нужно пытаться снимать визуальную точную копию прозаического произведения. Кино и литература - это вполне самодостаточные и самостоятельные виды искусства и не нужно усугублять одно в угоду другого и наоборот. Литературное произведение может стать основой стоящего фильма, если подойти к экранизации творчески. Как бы это ни было парадоксально, но творчески к творческому акту съемок фильма-экранизации подходят крайне редко. На самом деле мне редко бывает интересно даже грандиозное и монументальное переложение романа в фильм. (Исключений в этом плане не много, на вскидку могу лишь вспомнить – “Властелина Колец” и “Идиота” Бортко) Это же, право, скучно. И здесь сложно не согласиться с мыслью, что проще уж и книгу перечитать, чем пересматривать кинематографическую копию. Ведь она редко бывает лучше оригинала. Лучше перечитать роман, чем просматривать многосерийную соловьевскую «Анну Каренину». И гораздо интересней и занимательней смотреть райтовскую арт-хаусную двухчасовую экранизацию этого толстовского шедевра. Кино могло бы изобразить литературное произведение в ином духе, в ином ключе и, возможно, привести к новому прочтению, к новому взгляду, к новому осмыслению.
Я в принципе не большой любитель просмотра экранизаций книг, которые прочел. Также я не люблю читать книги экранизации, которых я видел. Но в данном случае произошел беспрецедентный случай, когда я очень сильно возжелал прочесть “Отверженных”.
Мюзикл «Отверженные» - это прекрасное автономное произведение искусства. Сложно остаться равнодушным, когда бунтари поют песни на баррикадах, но и это не было самым сильнейшим в этом фильме. Сильнейшим же были персонажи. Они были поразительно глубоки и любопытны. Я почти ничего не слышал о них раннее и для меня они были откровением. Жавер и Жан Вальжан – два святых человека волею судьбы оказавшиеся врагами на всю жизнь. После просмотра фильма я хотел ещё что-нибудь узнать о них, узнать в подробности, не хотелось с ними расставаться. По этой причине я и решил прочесть этот роман.
Мой интерес был полностью удовлетворен этой эпопеей. Я искренне полюбил почти всех персонажей. Даже Мариуса, который в фильме предстает в образе богатенького сынка, решившего поиграть в бунтаря, а в книге предстает в разительно в другом свете.
Сама идея изображения людей отверженных обществом всегда была мне наиболее интересна в литературе, а здесь автор решил изобразить всё это эпично. Конечно, многое выглядит довольно наивно. Особенно идеи о том, что когда всем будет роздано по куску хлеба, то прекратиться и ужас и мрак, и люди прекратят гоняться за наживой, и будут думать о душе. Мне сразу же подумалось, что если бы всем было так хорошо, как думает автор, то не появились бы на свет и Жан Вальжан, и Жавер. Если бы все жили в достатке, то непременно это привело к исчезновению сильных личностей. Да и мир бы стал пресным и скучным. Не было бы в таком мире господства духа, а одно лишь господство мещанства и слабости.
Я частенько натыкался на слова о том, что у Гюго есть страшная страсть к лишнему тексту и к “воде”. Но того, что предстало передо мной, я не ожидал никак увидеть. Гюго - мастер спорта по лишнему тексту. Я не мог не поразиться, как после гениальнейшего момента признания Жана Вальжана на суде и последующих связанных с этим событиям - можно удалятся от описываемых событий на несколько десятков страниц, разглагольствуя о битве при Ватерлоо. Понимаю несколько страниц. Ну, может быть пару глав, но не знатный кусок текста! Я понимаю, что это было интересно автору, но как это может оправдать? Ты надеешься увидеть продолжение саги, а в итоге оказываешься на полях сражений, которые никого отношения к описываемым событиям не имеют. И что это может вызвать кроме скуки? Это особенно чувствовалось в первой половине книги. Отстраненные размышления о Ватерлоо, история монашеского ордена, Луи-Филипп и так далее. Если всё это убрать, то никакого урону не было бы. Не отрицаю, что были крайне уместные вставки. Например, об истории парижской клоаки, или объяснение читателю, что такое 1832 год и связанные с ним беспорядки, также любопытные размышления о революции и мятежах, которые были уместны и помогали более полно осознать изображаемую картину. К тому же ближе к концу эти вставки становились всё короче и короче, что опять же шло только на пользу.
Однако весь лишний текст, всю “воду” и наивность можно без зазрений совести простить Гюго лишь за один описанный эпизод – признание Жана Вальжана на суде по делу Шанматье. Пускай в этом романе был бы лишь только один этот гениальный момент – я бы всё равно не решился оценить эту эпопею меньше чем на “превосходно”. Но здесь не один гениальный момент, а множество. Чего только стоит эпизод ограбления Вальжана в логове Тенардье или финал романа. Это всё с лихвой перекрыло бы любой недостаток.
Как ни удивительно, но интерес к истории не ослабевал на протяжении более чем тысячи страниц. Гюго явно умеет захватить читателя. Последние триста страниц читались буквально на одном дыхании, хоть я и знал, чем всё закончится.
Каторжники, бродяги, беспризорники, преступники, революционеры, полицейские и святые – это полотно дна общества, это люди отверженные, люди в большинстве своем несчастные, которые живут как будто в своем мире, в котором царит лишь несправедливость и ужас. Можно только подивиться тому, как Гюго удалось изобразить всё это.
P.S.
Никогда не надо бояться ни воров, ни убийц. Это опасность внешняя, она невелика. Бояться нужно самих себя. Предрассудки - вот истинные воры, пороки - вот истинные убийцы.15140