Рецензия на книгу
Солярис
Станислав Лем
DargaarD10 августа 2022 г.Если ты долго смотришь в бездну, то бездна тоже смотрит в тебя
Окончательно победить свою тёмную сторону, познать внутреннюю бездну, проветрить все затхлые тайники и чуланы внутри себя человеку сложнее, чем совершить перелет к далеким планетам и выйти на контакт с иными цивилизациями. Это первый, как его вижу я, посыл автора.
Многие философы и богословы на протяжении всей истории философии так и не смогли дать однозначный ответ об отношении сознания к материи, мышления — к бытию, духа — к природе.
Многие пытались. И многим их попытки, возможно, казались убедительными.
Но окончательный ответ способны дать только время и наука. Некоторые наброски этого ответа уже прослеживаются.Вопрос первичности мышления и материи — второй краеугольный вопрос произведения.
Полагаю, что Лем считает первичным материю. Это проявляется и в самой природе таинственного «Океана» (с поправкой на то, что по сюжету книги изучен он крайне слабо), и в словах одного из героев:
Фиксированная запись памяти имеет белковую структуру, как головка сперматозоида или яйцеклетка. Там, в мозгу, ведь нет никаких слов, чувств. Воспоминание человека — образ, записанный языком нуклеиновых кислот на макромолекулярных асинхронных кристаллах. Итак, он взял у нас то, что более всего подавлено, крепко-накрепко закрыто, глубже всего спрятано, понимаешь? Но он мог не знать, что это, какое имеет для нас значение... видишь ли, если бы мы смогли создать симметриаду и бросили ее в океан, зная архитектуру, технологию и строительные материалы, но не представляя себе, зачем, для чего она служит, что она для океана...Закавыка в том, что понимание первичности на данном этапе мало что даёт человеку. Возможно, в будущем люди по заветам известного американского футуролога Рэя Курцвейла сольются с искусственным интеллектом в экстазе цифровой сингулярности или же будут в состоянии перепрошивать свои мозги. Но в настоящее время для большинства людей вопрос первичности ничего не дает и не объясняет. Да и в принципе сложно предположить, что им делать с этим пониманием. В этом отношении у религий большое преимущество перед наукой. Религии дают простые ответы на сложные вопросы, впрыскивая известную дозу транквилизаторов в пытливое и неспокойное сознание простого человека.
По книге человечество будущего достигло высочайшего технологического уровня, но так и не смогло получить ответ на этот самый вопрос, что есть первично — материя или сознание. И кто кого больше изучает: человек — иные миры или иные миры — человека? Или же человек в первую очередь пытается изучить и понять себя?
Мы отправляемся в космос приготовленные ко всему, то есть к одиночеству, борьбе, страданиям и смерти. Из скромности мы не говорим этого вслух, но думаем про себя, что мы великолепны. А на самом деле, на самом деле это не всё и наша готовность оказывается недостаточной.
Мы вовсе не хотим завоёвывать космос, хотим только расширить Землю до его границ. Одни планеты пустынны, как Сахара, другие покрыты льдом, как полюс, или жарки, как бразильские джунгли. Мы гуманны, благородны, мы не хотим покорять другие расы, хотим только передать им наши ценности и взамен принять их наследство. Мы считаем себя рыцарями святого Контакта. Это вторая ложь. Не ищем никого, кроме людей. Не нужно нам других миров. Нам нужно зеркало. Мы не знаем, что делать с иными мирами. Достаточно одного этого, и он-то нас уже угнетает. Мы хотим найти собственный, идеализированный образ, это должны быть миры с цивилизацией более совершенной, чем наша. В других надеемся найти изображение нашего примитивного прошлого, в то же время по ту сторону есть что-то, чего мы не принимаем, от чего защищаемся. А ведь мы принесли с Земли не только дистиллят добродетели, героический монумент Человека! Прилетели сюда такие, какие есть в действительности, и когда другая сторона показывает нам эту действительность — не можем с этим примириться.В самом начале рассказ кажется жутковатым. Сохраняя довольно высокий уровень напряжения, но, к некоторому моему сожалению, это напряжение заметно спадает, не способствуя при этом полному раскрытию героев.
Мне пришлось не по душе избыточно подробное описание физической структуры «планеты» с использованием обилия научной терминологии, в т.ч. вымышленной. Понятно, что Лем — не самый простой писатель, а научная фантастика может быть сложной для восприятия гуманитария с большой буквы «Гэ», но дело даже не в этом. Мне показалось, что без ответов на многие вопросы о природе этой таинственной и ?разумной? планеты, всё это лишь растягивало не самый продолжительный роман. Я не требую ответов. Это зачастую необязательно и порой даже вредно, т.к. ограничивает фантазию читателя. Но и дразнить читателя, нудно описывая менее занимательную сторону вопроса, по-своему жестоко.
Важно отметить, что это лишь второе мое знакомство с произведениями Станислава Лема после «Глас Господа» (менее выразительное, но гораздо более глубокое философское творение), а научная фантастика — не мой любимый жанр.Лем — примечательный философ, крутой фантаст (сама задумка с «живой планетой» будоражит сознание), очень умный человек, довольно сильный с точки зрения слога писатель, но именно его художественному видению всё-таки чего-то недостаёт для того, чтобы я им проникся и полюбил. Или же, что не менее вероятно, чего-то недостает мне.
10335