Рецензия на книгу

• 

  Ladyofthedawn4

  24 июня 2022

  По-чеховски пронзительно и горько

  Чеховский герой всегда стремится к любви и всегда ее лишается, зачастую, из-за столкновения с миром пошлости и обывательщины. Никогда напрямую не порицаемый и не оправданный, герой Чехова – это жертва своей внутренней слабости и жалости к себе.
  В рассказе «Ионыч» представлена серая действительность русской провинции с ее неспешным темпом жизни, скучающими жителями, добродушными отцами семейства. Сюда приезжает земский врач Дмитрий Старцев, который знакомится с «образованной и талантливой» семьей Туркиных – Иван Петрович, остряк и весельчак, Вера Иосифовна, пишущая романы для себя, и восемнадцатилетняя Катя, в которую влюбляется Дмитрий.
  
  Насколько сам герой отстает от жителей города, насколько он молод душой? Он понимает их заурядность и отсутствие таланта, но, при этом, также является частью этого мира. Иначе почему Дмитрий, желающий тепла и любви, ощущающий якобы красоту и величие лунной ночи, на следующий день думает о приданом, о капризности и избалованности невесты, о будущей обстановке и переезде в город?
  Кладбище, где Дмитрий ждет подшутившую над ним Катю, одна из многозначительных сцен в рассказе. Здесь переплетается не только тема жизни/смерти, но и пробуждения/душевного сна. Герой воображает себя мертвым и зарытым навеки среди забытых памятников в «глухой тоске небытия». В тот момент, когда желание любви становится тягостным, луна исчезает и вокруг темнеет – герой не пробуждается. его не озаряет внутренний свет, его душа погрузилась во тьму. Да и не забудем, что Дмитрий – не только Ионыч, он еще и Старцев, а в мире говорящих фамилий Чехова, мастера деталей, не стоит думать, что это случайно: молодой человек, врач, уже болен своей стареющей душой.
  
  Вот еще мастерство деталей Чехова. После отказа Кати выйти замуж:

  
  
  Ему было немножко стыдно и самолюбие его было оскорблено, — он не ожидал отказа, — и не верилось, что все его мечты, томления и надежды привели его к такому глупенькому концу, точно в маленькой пьесе на любительском спектакле.

  Глупенький конец – уменьшительные прилагательные Чехова, так точно передающие мысль обывателя, уничтожающего всякую ценность и человеческого тепла, и жизни, и любви. И опять напротив чувств, предполагающих душевную высоту, вырастают разрушающие все материальность и приземленность:

  
  
  И жаль было своего чувства, этой своей любви, так жаль, что, кажется, взял бы и зарыдал или изо всей силы хватил бы зонтиком по широкой спине Пантелеймона.

  
  Без морализаторства, Чехов отмечает душевную болезнь Старцева через накопление и богатство (тройка лошадей, банковский счет), через болезнь физическую (раздобревший доктор страдает одышкой и мало ходит пешком) указывает на его падение как человека. Не зря автор одинаково описывает и барина, и его слугу, утративших всякий человеческий облик:

  
  
  Когда он, пухлый, красный, едет на тройке с бубенчиками и Пантелеймон, тоже пухлый и красный, с мясистым затылком, сидит на козлах, протянув вперед прямые, точно деревянные руки, и кричит встречным «Прррава держи!», то картина бывает внушительная, и кажется, что едет не человек, а языческий бог.

  Итак, на кого же опереться в этом рассказе? Пожалуй, на того, кто не деградировал и не постарел душой, кто не одинок и не несчастен. Последние слова рассказа посвящены семейству Туркиных, так раздражающих Ионыча своим, как ему кажется, отсутствием таланта и заурядностью. Но, что занятно, Вера Иосифовна, все также пишет романы, и все также не печатает их – без надобности, ведь деньги не нужны, а все для удовольствия. Иван Петрович не постарел и все также юморит, а провожая свое семейство на вокзале, всегда плачет от расставания с родными.
  

  24 понравилось

  574