Рецензия на книгу

• 

  cadgoddo4 августа 2013 г.

  Итак, у русских есть "Анна Каренина", у французов "Госпожа Бовари", у американцев - "Алая буква".

  1640-е годы, Бостон, Массачусетс. Молодая жена родила девочку после весьма долгого отсутствия мужа. За это ее - к позорному столбу и алую букву "А" на одежду (адюльтер). Именно в этот момент возвращается муж...

  Священник - отец ребенка - страдает от чувства вины. Однако свою алую букву он носит под одеждой. До поры до времени. Всю фабулу я не собираюсь тут раскрывать.

  В процессе чтения этого романа я активно посещал англоязычные форумы, на которых многие американские high school'еры (15-18 или 16-18 лет) активно заявляли: hate it!

  Что ж, я их понимаю. Я тоже не испытывал особой любви ко многим произведениям из программы по русской литературе. К тому же, не все американцы твердо уверены, что земля была создана 6 тысяч лет назад, причем за неделю, и что факт первородного греха (или как он там называется) имел место В ДЕЙСТВИТЕЛЬНОСТИ.

  Вообще, наша религиозность очень разная. Для нас важны ритуалы и традиции, в том числе не очень полезные для здоровья. Они же даже религии придают какой-то психоаналитический характер. Видимо, преподаватели очень дотошно рассматривают тему ГРЕХА в этом романе, что мешает сосредоточиться просто на описании перипетий любовного треугольника.

  Разумеется, это упрощение. Я помню, как хаяли фильм "Онегин", созданный братом (Рэйф) и сестрой (Марта) Хайнс в 1998 году за то, что из "энциклопедии русской жизни" сделали якобы дешевую мелодраму. Блин! Да спасибо, что вообще еще интересуются русской классикой. Для среднего россиянина англо-американская классика - это что-то запредельное(((.

  Когда читаешь Готорна, поневоле вспоминаешь Вальтера Скотта и Фенимора Купера. Стиль очень близок - неторопливо, основательно и весьма описательно. Только нет некоторой благостности Скотта, из-за которой у меня не получается его сейчас перечитывать. Несмотря на общую романтическую направленность, Ирвинг все же гораздо реалистичнее в бытовых зарисовках. Может быть оттого (это полушутка), что не стихи ранее писал, а весьма остроумные новеллы.

  Вторая главная тема романа - НЕТЕРПИМОСТЬ. Тема для меня очень важная, постоянно по мере сил борюсь с этим в себе и не только. Очень злит порой эта разница между "подставь другую щеку" и тем, что происходит в действительности. Креститься все же я твердо собираюсь, так как вера пришла ко мне, но вовсе не для того, чтобы биться яйцами на Пасху и соблюдать посты. Просто я знаю, что В ОСНОВНОМ (но без "щеки" буквально) я буду соответствовать идеалам христианской веры для рядовых "овец", оставляя за собой право обходиться без "пастухов".

  Мне кажется, нетерпимость исходит просто из желания использовать какие-то ошибки, несоответствия для подавления (а то и уничтожения) с целью извлечь выгоду. Выгода может состоять в простом моральном удовлетворении, а может и в присвоении неких материальных благ - то есть, дарвинизм в действии.

  Кто бросит первый камень?

  P.S. Низкий поклон серии "Азбука-классика", переводчикам Эльге Львовне Линецкой (1909-1997) ("Трое в лодке, не считая собаки", "Поворот винта" и многое другое) и Нине Львовне Емельянниковой (?, не нашел) ("Приключения Шерлока Холмса", "Нищий, вор" и т.д.)

  14

  79