Рецензия на книгу

• 

  SohnBreams15 июня 2022 г.

  Можно писать целую книгу-обзор на этот книжный обзор. Здесь собрана квинтессценция критики не только отдельных русских писателей, но и исторический анализ русской литературы 19-20-х веков.

  Гоголь

  Неприятно было читать, как Набоков скрупулёзно выставляет напоказ черты Гоголя, не только его характера, но и "непривлекательной" внешности. Приводя целые отрывки личных писем, лектор ставит диагнозы "нездоровому" Гоголю так, будто бы он был личным психотерапевтом последнего.

  
  
  Неприятный рот украшен тонкими усиками.
  Его детство? Ничем не примечательно. Переболел обычными болезнями: корью, скарлатиной и pueritus scribendi. Слабое дитя, дрожащий мышонок с грязными руками, сальными локонами и гноящимся ухом. Он обжирался липкими сладостями.
  

  Как будто эти детали что-то говорят за или против литературных талантов вышеописанного человека.

  Достоевский

  Наслышавшись же о неприятии Набоковым Достоевского, я ожидала худшего. Но автор не спешит дать авангардный удар по маэстро надрывов. Он планомерно, избирая тонкие выражения, по своему выражению “развенчивает” Федора Михайловича.

  
  
  Я испытываю чувство некоторой неловкости, говоря о Достоевском.

  , - пишет Набоков.

  Так и я испытываю чувство неловкости, приступая к главе о Достоевском.

  Думаю, для многих прочитавших эти лекции, глава, посвященная Достоевскому, вызвала наибольший отклик - будь то у любителей ФМ, или тех, кто к нему относится настороженно, но в любом случае равнодушной вряд ли оставила.

  Набоков даёт краткую, вполне объемлющую биографию писателя, переходя затем к хронологии его творчества и выборочному анализу произведений. Слишком резкой мне показалась его критика, много мнений своего "я", не всегда обоснованных, а лишь приведенных как нечто данное и неопровержимое.

  
  
  Безвкусица Достоевского, его бесконечное копание в душах людей с префрейдовскими комплексами, упоение трагедией растоптанного человеческого достоинства — всем этим восхищаться нелегко. Мне претит, как его герои «через грех приходят ко Христу», или, по выражению Бунина, эта манера Достоевского «совать Христа где надо и не надо». Точно так же, как меня оставляет равнодушным музыка, к моему сожалению, я равнодушен к Достоевскому-пророку.
  

  Тем не менее, Набоков метко подчеркнул интересные особенности стиля Достоевского:
  Внимательно изучив любую его книгу, скажем, «Братья Карамазовы», вы заметите, что в ней отсутствуют описания природы, как и вообще все, что относится к чувственному восприятию. Если он и описывает пейзаж, то это пейзаж идейный, нравственный. В его мире нет погоды, поэтому как люди одеты, не имеет особого значения. Своих героев Достоевский характеризует с помощью ситуаций, этических конфликтов, психологических и душевных дрязг.

  Толстой

  В этой главе особенно впечатляет, как Набоков может один и тот же факт крутить-вертеть так, как ему захочется, и как иронично он может одну и ту же авторскую особенность одновременно раскритиковать и возвести в идеал.

  
  
  И в сущности довольно часто, когда на протяжении многих, явно побочных страниц объясняется, что и как нам следует думать по тому или иному поводу или что, к примеру, думает сам Толстой о войне, мире и сельском хозяйстве, чары его слабеют и начинает казаться, что прелестные новые знакомые, ставшие уже частицей нашей жизни, вдруг отняты у нас, дверь заперта и не откроется до тех пор, пока величавый автор не завершит утомительного периода и не изложит нам свою точку зрения на брак, Наполеона, сельское хозяйство или не растолкует своих этических и религиозных воззрений.
  

  Глава сопровождается подробным обзором ключевых произведений Толстого, с выпиской цитат, анализом композиции, рассмотрением художественных средств и распознанием деталей-символов.

  Чехов

  По сравнению с предыдущими главами, полными или ярой критикой, или же восхищенной хвальбой, рассказ о Чехове скуп на эмоции, однако в сдержанной форме передает, кажется, относительное довольство автором. Много слов отведено его добропорядочной личности, нежели его образу писателя. Все те же смелые и категоричные выводы:

  
  
  Чеховский интеллигент был человеком, сочетавшим глубочайшую порядочность с почти смехотворным неумением осуществить свои идеалы и принципы, человеком, преданным нравственной красоте, благу всего человечества, но в частной жизни неспособным ни на что дельное; погрузившим свою захолустную жизнь в туман утопических грез; точно знающим, что хорошо, ради чего стоит жить, но при этом все глубже тонущим в грязи надоевшего существования, несчастным в любви, безнадежным неудачником в любой области, добрым человеком, неспособным творить добро.
  

  Горький

  Чем дальше читаешь, тем сильнее ощущаешь, как ослабевает Набоков-критик и укрепляется Набоков-аналитик. Мы уже не видим восторженных од, которые он пел Толстому, или язвительных нападок на Достоевского, зато представлена относительно объективная биография с техническим анализом некоторых показательных произведений.

  Пытаясь соединить несоединимое в моей оценке Набокова и в оценке Набокова других классиков, сделаю банальный вывод, что все суъективно настолько, насколько пожелается вашей душе. Но чем раскованнее и ярче выражено мнение (будь оно благосклонно или нет), тем интереснее, не так ли? Вот и я, при всей своей когдатошней подростковой любви к Достоевскому, не отвергала ядовитой критики своего любимца, а напротив, с одной стороны, наслаждалась тем, как больно Набоков ударяет по основам достоевщины, а с другой, даже укреплялась в симпатиях к ней, умудряясь рассматривать выставляемые пороки в свете добродетели.

  В целом, книга эта есть само по себе произведение искусства, и непросто ставить оценку, склоняясь то в сторону оценки художественности самой книги, то в сторону оценки самого мнения. Ведь неверно было бы занижать оценку только потому, что лично ты не согласен с мнением автора. Скорее нужно оценивать глубину и логику рассуждений, то, насколько метко были подмечены особенности наших русских классиков, красоту языка. И поэтому несмотря на завышенную категоричность суждения и субъективизм, книга не может не похвастаться интересными мнениями и замечаниями в сторону русской классики, а также прелестными языковыми фигурами, делающими чтение приятным времяпрепровождением. Во время прочтения появилось большое желание обратиться к русской классике.

  1

  65