Рецензия на книгу
Невеста Ноября
Лия Арден
Tarvalon3 июня 2022 г.Лия Ардан – «Невеста Ноября»
Если ступишь на снег, принеся с собой золото, то Зимний лес никогда тебя не отпустит. (с)
Я точно знала после «Мары и Морока», что «Невесту Ноября» прочту обязательно и прочту, в долгий ящик не откладывая. Меня автор зацепил сказочностью и почти визуальной (о чем я писала ранее) яркостью своих историй. Видела достаточно много отзывов на новую вещь, причем, немало отрицательных. Понимаю, что на вкус и цвет все фломастеры всегда разные, но вижу здесь в том числе и тенденцию – автора стало модно ругать, мол, неглубоко, вторично и не соответствует реальности (какой? Это если и славянское средневековье, то весьма и весьма условное). Единственное, с чем соглашусь целиком и полностью: некоторая шерховатость языка имеет место быть. Выглядит это так: идет-идет удобочитаемый текст, а потом в нем внезапно появляется грамматически кривое/стилистически неподходящее слово или выражение, которое в силу своей инородности цепляет и запоминается. Автору есть, над чем работать, несомненно; ну или нужна толковая бета, сиречь, простите, редактор.
В этом мире месяцы имеют зримое воплощение, являясь чем-то вроде вечных и почти неуязвимых духов (или того, что у Эльтерруса именовалось «местными демиургами»); месяцы именуют друг друга братьями, а в каждой сезонной тройке старший – первый (Декабрь, Март, ну и далее по списку). Бесконечное множество сезонов годовой круг шел по издревле заведенному порядку, а месяцы чинно сменяли друг друга, но примерно триста лет назад зимы не стало. Совсем. Теперь с ноября по март царит позднеосенняя погода, сумрачная, сырая и в меру теплая. Люди говорят, что благодетель-ноябрь победил зимние месяцы, дабы лютые братья, воплощающие декабрь, январь и февраль, не убивали людей морозами, вьюгами и снегопадами. За прошедшие долгие годы затянувшейся осени люди привыкли бояться зимы настолько, что даже рожденных в ее условный сезон детей несут в именуемый «зимним» лес, где, по слухам, живет последний декабрьский колдун и есть укутанная снегом поляна. Женщины очень тщательно высчитывают сроки зачатия детей, чтобы родить не позднее ноября, но дело это не стопроцентно надежное, и иной раз случаются сбои. Ошибка или случайность дорого обходятся незадачливым родителям: своей добычи лес еще ни разу не отдал…
Мать Яры накануне родов увидела во сне снег, которого наяву не видела никогда. Сон, впрочем, ничего хорошего ей не принес: молодая женщина умерла через несколько дней после родов, а спустя немного времени ее новорождённую дочь снесли в тот самый проклятый лес, ибо никто не мог достоверно сказать, появилась ли девочка на свет в самые последние секунды уходящего ноября или перешла ту грань, за которой рождаются «декабрьские колдуньи».
Девочка – младшая княжна не самого захудалого княжества – была признана ноябрьской, потому что в этот раз (впервые за долгие годы!) лес не предъявил прав на предложенную ему жертву: утром девочка все так же мирно сопела в корзине. Однако люди по большей части продолжали бояться маленькую княжну «без нескольких секунд колдунью декабрьскую», тем более, что зима подшутила над вырванной из ее когтей и отметила Яру черными волосами.
Тут нужна дополнительная сноска из глоссария: в сюжетном мире не работают законы привычной генетики, а внешность человека всецело зависит от месяца, в котором он появился на свет. Каждый наделяет своих подопечных характерными чертами. Черные волосы были только у зимних детей и, соответственно, перевелись вместе с ними. В общем, Яре с такой отметкой даже в роли княжны живется не так чтоб сладко.
… у Яры недобрые старшие сестры, что винят ее в смерти матери, и нездоровый отец, который закрывает глаза на разногласия между дочерями и спешит выдать их замуж, пока в силах. Яра на самой грани совершеннолетия, люди шепчутся, что декабрь только того и ждет, чтобы забрать девушку, а зимний лес всего в нескольких часах верховой езды, и там точно прячется что-то… кто-то… а вокруг словно знаки грядущего: гибнет урожай, лужи затягивает тоненькой плёночкой льда и вестники зимы – снегири – вдруг появились снова. Порождения ли так до конца и не побежденной зимы придут за княжной, княжна ли по невероятному стечению обстоятельств вступит в зимний лес – сказке все едино развиваться по своим законам, а там герой всегда встречается с тем, чего боится,– лицом к лицу. Попробуйте представить себе лик побежденной зимы, череду лет заточенной в границах своего последнего оплота.
История, несмотря на свою вторичность относительно сказки (что сразу задает некоторые жанровые ограничения и раскрывает часть линий и ходов) пару раз удивляла меня. Это сказка, относиться к ней надо соответственно; можно, конечно, задать очень много вопросов, которые убьют все очарование, а можно просто усесться поудобнее и воспринять это как должно, как местами страшную, но захватывающую сказку, где есть место чудесам, совпадениям и той любви, которая «жили долго и счастливо» (и на этом закончим).049