Рецензия на книгу
Собрание сочинений в шести томах. Том 1. Обыкновенная история
И. А. Гончаров
Raisky20 июля 2013 г.Читая первые из страниц, на которых фигурировал Адуев Старший, я думал о нём: "Какой-то он нехороший, жестокий что ли... но вроде и не совсем ..."
Сразу после встречи Старшего и Младшего Адуевых я начал склоняться в сторону первого. А уже через пару десятков страниц я просто восхищался здравомыслящим, остроумным, "понимающим суть жизни" дядюшкой.
Где-то к середине книги я клеймил племянника как только мог. Особенно меня обрадовала фраза его матушки из рассказа сыну о его детстве:
...такой сердитый был: чуть что не по тебе - и закричишь благим матом.
Мне думалось, что в этой фразе заключена вся суть личности Саши Адуева.
Но вдруг... племянник, на реанимацию которого в моих глазах я уже слабовато надеялся, "всё осознал", написал два великолепных письма дяде и ma tante, словом, положительно преобразился. Стал более похож на Старшего Адуева (напомню, что дядюшкой я просто восхищался).
Но вот я начал читать эпилог. И сразу мне почувствовалось что-то неладное. Прочитав несколько первых строк, я уже говорил про себя "Гончаров, нет, нет! Не рушь моё восхищение дядюшкой! Прошу, только не это!".
Но он обрушил. Мне стало безумно жаль и дядю, и его жену, и на секунду себя. Я не ожидал. Я не мог поверить.Но тут Адуев Старший окончательно понимает свои ошибки, принимает своё решение... и я понимаю, что уважаю его. Нет, уже не восхищаюсь. Но уважаю. И как-то глубже, чем раньше.
Тётушка, за которую я уже серьёзно испугался ("неужели она утратила в своём характере всё, что отличало её от мужа, неужели она уже никогда не будет такой, каковой она была ещё несколько лет назад"), всё-таки своими словами дала мне понять, что я, беспокоясь, ошибался, и что она не утратила себя.
И всё вроде бы неплохо, я даже как-то смирился с "крушением" великолепного Адуева Старшего. Неплохо.
Если бы не племянник. Он вдруг показывает нового себя. Вроде бы похожего на дядюшку. Вроде бы я должен его хотя бы уважать. Но нет. Теперь-то я понимаю основную истину, то главное, что я вынес из "Обыкновенной истории": крайности ВСЕГДА вредны.
Новый Александр Адуев мне противен. И даже больше, наверно, чем он же в прошлом: восторженный, либо ненавидящий весь мир.А потом последняя сцена:
Дядя, скрестив руки на груди, смотрел несколько минут с уважением на племянника.- Карьера и фортуна! и вдруг! всё! всё! Александр! - гордо, торжественно прибавил он, - ты моя кровь, ты - Адуев...
И тут мне стало очень грустно. И тут я обиделся на Гончарова.
Но чуть позже я с горечью признал: "Реализм", мысленно поклонился Гончарову и вдруг подумал, что, кажется, только что прочитал великое произведение.
И поэтому я, наверно, обижался: правда любит обижать. И поэтому, наверно, в рецензии так много "но".1067