Рецензия на книгу
Толстая тетрадь
Агота Кристоф
Grizabella19 июля 2013 г.«Какой бы грустной не была книга, она не может быть такой же грустной, как жизнь»
Агота Кристоф
«Одиночество – сволочь,
Одиночество – скука,
Я не чувствую сердце,
Я не чувствую руку…
Одиночество – мука,
Одиночество – сука!»
Слава, В.ДробышНет, эта книга не о войне глазами ребенка. И не о голодных тыловых буднях. Они лишь фон для Одиночества. Эта книга о психологической травме, нанесенной ребенку в детстве, о трагедии человека, лишенного семьи, о неудавшемся побеге от самого себя, об одиночестве, с которым человек не в состоянии ни справиться, ни подружиться. Эта книга об ошибках, совершаемых взрослыми бездумно, безрассудно, ошибках, которые калечат жизни детей…
«Пособие по грехам» - так кратко я бы охарактеризовала первую часть книги. Все пороки грешного человеческого тела собраны воедино, рассмотрены под лупой, исследованы, обсосаны, изжеваны – осталось разве что глотнуть – дегустируй, читатель!
Не скрою, иногда мне хочется вымазаться по уши теплой сакской маслянистой грязью, поваляться, как свин, в пыли, побегать по глубоким лужам, поплавать в мутной воде, стоявшей по пояс в Киеве в 90-м… Смутное мое желание осуществилось в несколько необычной форме – полном погружении в первую часть «Толстой тетради». Разве что не нырнула с головой – и слава богу, а то захлебнулась бы. Даже для моего не слишком пуританского взгляда некоторые вещи оказались чересчур откровенными.
Это не дешевый примитивизм бульварной литературы – 10-ти страниц достаточно, чтобы распознать ее и выбросить в мусор. Это завораживающий магнетизм простых слов, проникающих в тебя, заставляющих думать, примерять чужую шкурку, крутясь перед зеркалом, и снимать ее с облегченным вздохом «фух, не мой фасон». Но ведь трудно оторвать от себя и отдать с концами! Хочется поносить грязное платье, разодранное в клочья, обнажающее белое, чисто вымытое тело, хотя бы на время чтения книги… И все же, что привлекательного в первой части? Возможность испытать то, что мы никогда не получим в этой жизни? Глубоко запрятанные под толстым слоем морали инстинкты? Трудно сказать. В любом случае, спасибо автору за ошеломляющий чувственный контраст!«Загадочные вариации на тему» - так хочется озаглавить вторую часть трилогии.
«Фантазер на краю могилы, или А был ли мальчик?» - третья часть расставляет все точки над «і». Перед нами бесконечно одинокий человек, живущий прошлым и выдуманным на тему собственной жизни и жизни брата-близнеца, престарелый онанист, бесконтрольный в своих эротических фантазиях и грезах.
Эта книга потрясла меня не только содержанием, но и формой: ни единого лишнего слова, ни единой метафоры, на первый взгляд плоско, все выверено, сухо, скупо, даже скудно, абсолютно безэмоциональная подача информации. И насколько же это бьет по твоим собственным эмоциям! Полотно беспросветное, мрачное, ни единой яркой краски, ни единого цветного мазка. Но это не плотная, безвоздушная картина балийских мастеров – это сдержанная монохромная графика, выполненная пастелью в черно-белом цвете. Множество градаций серого позволяет плоскую при близком рассмотрении картину увидеть в объемном, рельефном, скульптурном изображении при отдалении от нее. Допускается лишь один яркий акцент – алый – цвет крови, цвет кумача, цвет пухлых девичьих губ, приоткрытых для поцелуя, цвет крайней плоти, наконец.
77674