Рецензия на книгу

• 

  Wender13 июля 2013 г.

  "— Ты либо безумец, либо гений.
  — Это две крайности одной и той же сущности." (Пираты Карибского моря)
  Наверное всем известная цитата - наиболее удачный эпиграф к жизнеописанию одного из самых известных импрессионистов.

  Ван Гог - великий художник, к сожалению, не доживший до своего признания. Человек, долгие годы искавший свое призвание, успевший поработать и продавцом картин, и поучиться на священника, и стать проповедником в нищем шахтерском городке.
  Каждый день своих недолгих 37 лет он проживал также, как писал картины: быстро, энергично берясь за дело и отдавая на это всю свою энергию. За недолгие 17 лет, которые он посвятил живописи, Винсент успел сделать столько, сколько многим художникам не удавалось сделать за долгую жизнь. Его работы: яркие, напористые, грубоватые, они далеки от канонической голландской живописи того времени, но насколько много в них от характера самого автора. Ван Гог настолько разный, что с каждой главой открываются новые грани его непростого характера. Добрый, отзывчивый друг, готовый отдать последние деньги для спасения другого, пожертвовать своей репутацией и возможно успехом, ради своих принципов. Угрюмый, временами нелюдимый бродяга. Невероятный гордец и одновременно человек, фактически всю свою жизнь проживший за счет младшего брата - Тео.

  Теодорус ван Гог: младший, менее известный брат. Но именно этот человек дал миру возможность познакомиться с гениальными полотнами брата. Если бы не его финансовая и моральная поддержка, вряд ли бы Винсент смог бы выжить, попасть в Париж и стать тем художником, на полотна которого съезжаются посмотреть люди со всего мира. А сколько мягкий, спокойный Тео сделал для все остальных импрессионистов, убеждая своих работодателей выделить хоть немного места под выставку еще не известных тогда первопроходцев Моне, Дега.

  Если можно было бы выбрать одно место и время в прошлом и совершить туда путешествие на денек, я точно знаю, куда бы отправилась:
  

  
  Табачный дым плавал в воздухе такими густыми клубами, что когда могучий торс Гогена передвигался из одного угла комнаты в другой, казалось, будто океанский корабль рассекает пелену тумана. Лотрек, усевшись в сторонке, колотил яйца о подлокотник любимого кресла Тео и швырял скорлупу на ковер. Руссо никак не мог прийти в себя от того, что получил утром надушенную записку от какой—то поклонницы, которая желала с ним встретиться. Широко раскрывая изумленные глаза, он то и дело принимался говорить об этом необыкновенном событии. Съра развивал свою новую теорию, которую он подробно растолковывал Сезанну, притиснув его к окну. Винсент цедил пиво из бочонка, хохотал над скабрезными анекдотами Гогена, недоумевал вместе с Руссо, кем могла быть его корреспондентка, спорил с Лотреком, как лучше передать цветовое впечатление – пятнами или линиями, – и, наконец, вызволил Сезанна из рук неумолимого Съра.
  

  И в заключение, автору этой книги тысячекратное ура! Написать биографию так, чтобы она была не только достоверной, но и интересной - задача, безусловно, непростая. А Ирвинг Стоун справляется с ней настолько легко, что даже не замечаешь, как на огромной скорости проносятся перед тобой 17 лет из жизни великого импрессиониста.

  14

  112