Рецензия на книгу
Римская традиция в варварском мире. Флавий Кассиодор и его эпоха
Павел Шкаренков
RichardThomasJerome3 мая 2022 г.Кассиодор - римский писатель, управлявший королями
Флавий Кассиодор - это человек, благодаря которому мы получили произведения Овидия, Цицерона и даже св. Августина. Образованный римлянин-христианин, стоящий одной ногой в блестящей античности, а другой в нарождающемся Средневековье, он умудрился привить римскую лозу к стволу католического монашества. В частности, он основал на своей вилле монастырь с первым в истории монашеским скрипторием, то есть организовал переписку манускриптов, и убедил монахов, что ученость богоугодна и даже светская литература достойна сохраниться в веках. Все последующие католические монастыри переняли эту традицию, а библиотека Вивария (так назывался монастырь Кассиодора) вошла, по слухам, в собрание Ватиканской библиотеки.
Однако личность самого Кассиодора остается, к сожалению, малоизвестной. В своей монографии Павел Шкаренков раскрывает его с неожиданной стороны. Будучи сам плодовитым писателем, Кассиодор оказался еще и деятельным политиком при дворе остготского короля Теодориха, правившего в то время Италией (после смерти Теодориха, К. поддерживает его преемников).
На дворе 6 век, Западная Римская империя формально прекратила свое существование. На деле - все ее официальные институты живы и бодры, как никогда. Сенат работает, провинции управляются. И в этой обстановке происходит слияние Рима с варварским Западом. Кассиодор не только привил ученость монашеству, он также создает стандарт королевской власти по образцу римского идеала. Он прививает королям из готов(!) римское уважение к закону. Праведный государь - тот, кто признает власть закона и осуществляет ее в своей особе. (П. Шкаренков полагает, что Кассиодор ориентировался на образ императора Траяна).
Интересно, что король Теодорих, человек по-видимому также выдающийся в своем роде, охотно принимал идеи Кассиодора. Официальные послания от лица короля писал непосредственно Кассиодор, и делал это с блеском дипломата и мастерством ритора. Для Кассиодора риторика не является способом литературного украшательства, но мерилом и средством политической гармонии.
Павел Шкаренков делает много глубоких и тонких наблюдений, обильно иллюстрируя их цитатами, очень хорошо переведенными, кстати. Рядом приводятся латинские отрывки, для тех, кто способен разобрать "не только простую латынь, но язык Кассиодора" (в отличие от вождя эстиев, будущих эстонцев, который упоминается в связи с этим в комичной ситуации).
Еще одна заслуга автора - он рисует портрет эпохи очень мало описанной, через отношения между ее деятелями. Институт римских пап находится в процессе становления и им приходится часто сталкиваться и спорить с сенатом. Тут же обнаглевшие римские землевладельцы заводят собственные банды, чтобы грабить соседей. И всей этой мешаниной народов, общественных учреждений и интересов управляет король-иностранец, опираясь на плечо римлянина-писателя. Очень драматично, не смотря на то, что автор удерживает себя в рамках академического стиля, однако его строки согреты симпатией и увлечением.
Приятно видеть такой фундаментальный труд, хотя и сжатый по объему (около 270 страниц), на русском языке. Хотелось бы еще нечто подобное о Виварии и роли Кассиодора в становлении традиций западного монашества, которая, судя по всему, была не меньшей, чем роль св. Бенедикта Нурсийского, но при этом совершенно не оценена.5134