Рецензия на книгу
Клейн и Вагнер
Герман Гессе
potato_bastard23 июня 2013 г.(В рецензии говорится не столько о самом рассказе, сколько вообще о подобных ему.)
Ближе к концу стало невыносимо, хотя, казалось бы, ничто не предвещало.
90% интеллектуальной прозы (как жанра, а не как свойства) я не выношу вообще никак, потому что считаю, что рассуждать о всякой упоротой зауми типа времени, пространства, б-га, нетрадиционных восприятий реальности, глубокомысленных тайнах мироздания и прочих тонких материях - это как-то, ну, моветон. Это как взять некие икс, игрек и зед, условно приписать им какой-то аппарат исходных характеристик и зачем-то приняться так и сяк их вертеть и с серьёзным видом выдумывать с их участием логические цепочки - а потом считать, что ты чего-то там понял. Философствования я люблю только прикладные и никакой просветлённости не предполагающие: ну там психология, самоколупания и пр. И стоит мне учуять намёк на какую-нибудь трансцедентную дрянь, я в ужасе закрываю книгу и больше ни к ней, ни к автору вообще не прикасаюсь.Алсо: от большинства книжек про кризис, меланхолическую безысходность и экзистенциальную тоску я слегка блюю. Потому что форсить и излишне выразительнизировать сабж - грубейшая ошибка, сводящая на нет всё его потенциальное очарование.
Симпатичный стул сдержанно, фоново симпатичен, когда он на своём месте и на нём кто-то сидит - когда стул помпезно стоит за стеклом, на алмазном пьедестале и в свете софитов, он вызывает только недоумение. Укроп может быть где-то там главным ингредиентом и вообще очень существенен, но отдельно от всего ужираться укропом - плохая идея. Экзистенциальная тоска качественно рвёт душу только как что-то задающее тон, неабстрактное, она требует какого-то первого плана, чтобы её "вкусовые качества" удачно раскрылись (он пошёл туда-то, а у него экзистенциальная тоска; он сказал то-то, а у него экзистенциальная тоска; он размышляет о политике, а у него экзистенциальная тоска).
Можно отвлечённо и напыщенно писать о какой-то сферической драме в вакууме типа нищясливой любви, в событийном плане, собственно говоря, пользуясь только её выразительной символической терминологией (расширенно типа: "розы, бархат, тонкие искусанные губы, бледная кожа и т.п.", сюжетные красивенькие клише лень перечислять). Об экзистенциальной тоске писать так, что весь повествовательный аппарат - это в чистом виде её стилистический дискурс вроде Веских Фраз, многозначительных вздохов, грустного распития портвейна и прочих чёрных деревьев на сером фоне, - нельзя.Но из уважения к "Душе ребёнка" превозмог "Клейна и Вагнера", ок.
8404