Рецензия на книгу
Я — «Калибр-10»: Штурм Грозного. Январь, 95.
Константин Яук, Павел Милюков
Kenzy5 июня 2013 г.Первая чеченская пришлась на мое детство, и запомнилась прежде всего по репортажам ОРТ и невзоровскому "Чистилищу". Мертвый и озлобленный Грозный. Дома, обкусанные по краям, словно сухари, облизанные огнем cтены, всё в глубоких оспинах шрапнели... На узких улицах -- выгоревшие до рыжей окалины "коробочки": БМП, танки, "бэтэры"...
Мертвые солдаты в песочных бушлатах -- обгоревшие, обезглавленные, смятые, словно салфетки. Иногда они почти невредимы, лишь под сердцем у бойца крохотная бурая дырочка... Их живые "братишки" -- испуганные девятнадцатилетние пацаны -- жмутся за броней, матерятся и, выкурив сигарету в пять затягов, начинают перебегать через улицу. Головы в касках глубоко вжаты в плечи, каждый ждет громкого уханья СВД или раскатистого перестука пулеметной очереди -- ведь "духи" повсюду... В каком-то подвале морпехи в грязных "разгрузках" передают на камеру приветы маме, вспоминают убитых, обещают вернуться...
Русские беженцы, проклинающие Ельцина и Дудаева... "Правозащитник" Ковалев, предлагающий сдаться нашим бойцам -- под свою депутатскую ответственность, которая, впрочем, не спасла солдат от жестокой смерти в плену... Автобусы солдатских матерей... Потоки лжи, глумления, настоящего предательства по отношению к армии с экранов телевизоров...Война эта в девяносто шестом не закончилась... Позже случилось вторжение боевиков в Дагестан, где мой двоюродный брат, офицер-десантник, потерял в бою глаз, потом вторая чеченская, которая, к счастью, не закончилась позорным хасавюртовским миром, и много чего еще... Но те кадры из Грозного, новогоднего, с грязью и снегом вперемешку, остались в памяти навсегда. Их уже не забыть.
Эта книга про тот Грозный, и от ее чтения порой волосы встают дыбом. Потому что все -- правда, все из первых уст, из объективов камер, из расшифровок переговоров, из боевых журналов, из скупого текста похоронок и гнетущей неизвестности справок "пропал без вести".
Солдаты -- они сражались, бились и гибли, и долг свой -- кто бы что не говорил -- выполнили. Честь им за это да память.
102,4K