Рецензия на книгу
За час до полуночи
Джек Хиггинс
PowandaGlomerated14 марта 2022 г.Волевые субъекты, или Стасик осерчал.
In the Hour Before Midnight, 1969
Один монах как-то спросил Бодидхарму: что такое Будда? И учитель ему ответил: высохшее дерьмо.У каждого уважающего себя творца должно быть произведение с подобным названием. У того же Гэвина Лайла есть «Минута после полуночи». Были и другие полуночники, просто имена вспомнить не могу, кроме американских готов «London After Midnight». Хиггинс себя тоже уважает, и правильно, без него бы авантюрная среда обеднела.
Когда он был возбужден, его ирландское происхождение проступало, как масло на молоке.Стаси(к) Уайет отбывает срок в египетском застенке за контрабанду золота, где он постигает дзен и медитацию, приближаясь к нирване, так что голыми руками и малой артиллерией его не возьмешь, но дружбаны-наемники вытаскивают его на свет божий. Как-будто кто-то их просил. А все потому, что скучно пацанам. Все они так трагично тащат свой крест, словно их кто-то заставляет. Главному герою, вот, в лом было на пианинке играть, и стал он спецом по заварухам сухим и мокрым. Но если по чесноку, нужен ГГ обмелевшим товарищам чисто из меркантильных интересов – обкатать денежное дело на Сицилии, а герой наш, как его не крути, был неприкаянным внучком мафиозного капо. Дело дурно попахивало, но ГГ не мог не вернуться в родные пенаты.
– Тебе здесь понравится. Сюда упали осколки ада. На День всех святых детям дарят подарки от имени умерших. Могилы содержат в идеальном порядке.Не знаю как Хиггинсу удалось так хорошо выписать итальянский колорит, не будучи итальянцем, но он это сделал. Да и герой в книге нестандартный – наследник мафии, отбившийся от семьи и ставший наемником. К тому же автор писал благословенно короткие романы, потому что знал цену времени и слову, в отличие от современных авторов, которые 400 страниц лижут масло, а потом еще 200 льют на него воду, чтобы посмотреть как она стекает. Но справедливости ради скажу, что кое-что из этой истории прекочевало в "Дань смельчаку", написанному автором двумя годами позже.
Нет, ни что не изменилось, даже там, в темных глубинах, где воздается по нашим делам.А еще меня прикалывает, что герои действия (наемники, убийцы, разведчики) в книгах зачастую аж до слез играют на пианино. Такие они тонко душевно организованные, что босат*ся можно. Сыграл фугу Баха, потом пошел прибил кого-нибудь. У Фоллетта в «Ключе от Ребекки» тоже такая ерунда была. Если не брать в расчет хорошее образование Стасика, был он вполне отшибленным и строптивым кондотьером, хоть и благородным. Все же у мафии, не в пример наемникам, есть кодекс.
Когда я приблизился к хижине, коршун взлетел, уступив мертвецов мне.Клубок интриг в книге оказался не так прост. В развязке как-то неожиданно случается жесткая подстава, аж вздрогнул, и дело для Стасика становится личным ибо вендетта для сицилийца – святое. Правда, наливаясь злобой и кровью, он нам на радость совершенно забыл про дзен. Ну а кто бы не забыл?
Ирландское самовосхваление, черта, возникшая задолго до Оскара Уайльда.1160