Рецензия на книгу

• 

  panda0077 мая 2013 г.

  Когда б мы жили без затей,
  Я нарожала бы детей...
  Вероника Долина

  Была у меня в бытность знакомая - невеликая писательница. И любила она говорить: если нечего кушать, напиши биографический роман, дело это нехитрое, доступно всякому. Читая сей биографический роман, я думала, уж не её ли рук дело? Может, спряталась под псевдонимом и накропала? Потому как ощущение такое, что написана книга именно "всяким". Это такой околоискуствоведческий очерк, растянутый на целую книгу и лишённый даже намёка на индивидуальность. Язык сер и небросок, как одежда наших соотечественников в осенний день, много-много цитат из других книжек и эпитетов, вроде "знаменитый", "великий", "прекрасный" и т.д. Скучное чтиво, никому не посоветуешь. Разве что поклонникам таланта
  Серебряковой, к которым я не отношусь. Либо к тем, кто с ней не знаком, и хочет хоть что-то узнать. Значит, так...

  Зиночка Серебрякова была обречена. Она родилась в семье с художественными традициями: дед - известный архитектор, отец - скульптор, дядя - популярный художник и художественный критик, не умеешь рисовать - научат, не захочешь - заставят.
  Как это бывает с детьми из художественных семей, в детстве и юности она намного опережала своих сверстников: рисунки законченнее, чётче, увереннее. Период ученичества в целом даётся таким подготовленным детям проще, даже если они настроены по отношению к себе критически: есть база, глаз намётан, да и просто всегда есть тот, кто поможет и подскажет. Дальнейшее зависит от таланта.
  Один талант у Серебряковой есть точно. Говорят, картина всегда похожа на художника. Но ни у одного художника картины так не похожи на свою создательницу, как у Серебряковой. Поневоле вспомнишь великого классика: "каждый стул, казалось, говорил: и я тоже Собакевич! или: и я тоже очень похож на Собакевича!" Дети (собственные и чужие), женщины, мужчины и даже - вот неожиданность - Анна Андревна Ахматова: все вылитая Зиночка.
  Картины её так бесхитростно прелестны, что язык не повернётся их ругать. Всё в них так гладко - глазу не за что зацепиться, так правильно, так ярко, так узнаваемо и предсказуемо. То, что у старших мирискусников, казалось вызовом, позой, взрывом и насмешкой здесь превращается в милое женское вышивание. Многим нравится. Просто. Доступно. Наглядно, грубо, зримо.
  У Серябряковой было четверо детей. В свободное время она писала картины.

  70

  638