Рецензия на книгу

• 

  Sampa7 мая 2013 г.

  Что-то в последнее время частенько попадаются книги, которые вызывают бурление мыслительной деятельности, содержательно не связанное, собственно, с прочитанным.​ Чаще о тетеньках и дяденьках – что они разные совсем, даже не принимая во внимание первично-вторичные половые признаки и предназначение. Не то чтобы кто-то с Марса, а кто-то наоборот – с Венеры. Но все где-то рядом.
  Это была (и есть) хорошая книга. Светлая и жизнеутверждающая, но без банальных лозунгов и призывов к миру во всем мире или «давайте мыслить положительно по-американски».
  Как будто старый знакомец семьи, пожилой человек, пригласил в гости вечерком чайку попить на террасе его фермерского дома. День знойный, лето благоухает, и пастораль. Человек этот развлечения меня ради положил семейный фотоальбом поблизости и после чая с плюшками и неспешной беседы за жизнь взял эту пыльную реликвию и открыл, приглашая на свою жизнь дагеротипическую взглянуть. Перебирает снимки и, вспоминая, рассказывает, кто кому кто, кто когда, тогда и почему. О себе и обо всех, чьи изображения попадаются.
  Вот он маленький совсем после смерти родителей приехал жить в Небраску на ферму к бабушке с дедом. Про деда с бабкой пренепременно. О быте и жизни в прерии поподробнее, отступления, то-се. Кукуруза. Змеи. Зима. Соседи вот. Эмигранты из Чехии. Отец покончил с собой. Старшую дочку их Антонией зовут. Красивая, да. Живая и непосредственная.
  А вот он постарше. В город тогда перебрались. Тяжко стало с фермой управляться. И да, Антония скоро тоже в город переехала. Подружки у нее замечательные. Лена, да. И Марии – чешки, все трое.
  Что потом? После в университет уехал, на учебу. Вот студент. Стихи, проза. Потерялась Антония из виду. В родной городишко редко наезжал стариков навестить. Что да, то да. Слухи какие-то. Вроде ребеночка она родила, а замуж не вышла. Позор какой... Но не позор-позор, а так, болтали недолго. Провинция, что взять.
  Последняя фотокарточка – большая семья на крыльце фермерского дома. Много детей – десять? Одиннадцать? Отец семейства низкоросл и лыс, улыбается доброжелательно. Мамаша не так красива, как раньше, но жива и непосредственна. Ага, Антония и ее семья...
  Посмотрели, повспоминали и разошлись. Промелькнула сепией чужая жизнь. Немного ностальгии. Немного сожаления.
  Так вот, о тетеньках и дяденьках. Автор-женщина взялась писать роман от имени главного героя мужеского полу. Если детские годы описаны прекрасно и замечательно, потому как гендерных различий немного в нежном возрасте, то последующее время юности и взрослости получилось не ахти какими достоверным. Мне показалось и не поверилось. Ну, или так задумано было, что мужчина чувствителен и сентиментален. Прямо в точности женщина.
  Вывод вследствие размышлений напросился: тетеньки, пишите от имени тетенек, а дяденьки – от своего. Вот так, очень просто.
  Потому как на чужих санях завсегда можно прокатиться, но некоторые неувязочки могут случиться и произойти.
  Когда книга хорошая, по душе, по настроению, тогда требовательная человеческая (моя) душа жаждет большего. Чего именно? Не знаю. Может быть, страстей бразильских. Или морали. Однозначные ответы на вопросы «кто виноват» и «что делать» тоже сгодятся.

  15

  913