Рецензия на книгу

• 

  Ravenwyrd25 апреля 2013 г.

  Мрачная, абсолютно не детская вещь, своего рода "темная Нарния", первые главы которой я читала чуть ли не через силу, а под конец уже не могла оторваться... Все начинается почти как у Льюиса – Европа охвачена войной, небо над Лондоном рвут немецкие бомбардировщики, а Дэвид – мальчишка, у которого своя собственная трагедия - после долгой болезни умирает его мать, замыкается в себе и общается с одними лишь книгами. Вместе с отцом ему приходится переехать в старое поместье, в дом его мачехи и нового брата, куда почти не долетают звуки войны, а за окном кроется "углубленный в землю сад, разбитый на лужайке около деревьев". Откуда Дэвиду то и дело слышится такой знакомый голос...

  Если это и сказка, то уж точно не для детей - мне кажется, она рассчитана больше на подростков и тех взрослых, которые, как и я, любят полный мрачняк. :) Местами ироничная, а подчас и жестокая, болезненная и даже жутковатая, "Книга потерянных вещей" повествует о пути, который проходит каждый из нас – о взрослении. Но о взрослении тяжелом и непростом – впрочем, в мире, охваченном Второй мировой, по-другому и не получится. Ее уродливое влияние проникает и в мир детства – но сознание ребенка по-своему изменяет и интерпретирует происходящее... Роман-притча, роман-сон, где знакомые с детства архетипические образы предстают в иных – то забавных, то пугающих – воплощениях.

  Помимо Льюиса, с которым я вижу безусловные параллели (но и очень серьезные отличия), этот роман напомнил мне также "Темные начала" Филипа Пулмана - в частности, некоторой антирелигиозной тематикой. А еще в этой книге есть то, чего мне так не хватило в другой книге флешмоба, "Кровавой комнате" Анджелы Картер – мрачные легенды (жаль, что так мало – я бы, пожалуй, почитала отдельный сборник таких – ту самую книгу с иллюстрациями, которую находит Дэвид в своей новой комнате...) Собственно, еще один близкий мне мотив – книги в книге, наподобие "Тени ветра" Сафона...

  И одна цитата - конечно же, о книгах:

  
  "До болезни мама Дэвида часто говорила ему, что эти истории живые... они оживают, лишь когда их рассказывают. Без человеческого голоса, читающего их вслух, без широко раскрытых глаз, бегущих по строкам при свете фонарика под одеялом, они не существуют в нашем мире. Они — как зерна в птичьем клюве, ожидающие возможности упасть в землю и прорасти. Или ноты, жаждущие инструмента, способного дать жизнь музыке. Они дремлют в надежде на случай, который пробудит их. Если кто-то их читает, они получают возможность пустить корни в воображении читателя и изменить его. Истории желают быть прочитанными, шептала мама Дэвида. Им это необходимо. Вот почему они устремляются из своего мира в наш. Они хотят, чтобы мы дали им жизнь".

  66

  383