Девятая жизнь Луи Дракса
Лиз Дженсен
0
(0)
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.
Лиз Дженсен
0
(0)

Специально посмотрела на Озоне - в этой книге 320 страниц. Не так уж и много. Но на этих страницах поместилась вся такая не сладкая жизнь девятилетнего Луи, весь он сам, а также люди, так или иначе поучаствовавшие в истории Луи - знакомые ему и не знакомые, дальние и близкие, дальние, ставшие по-настоящему близкими, и близкие, которые лучше бы были ему вовсе не знакомы. Но так не бывает, потому что родных не выбирают.
Вместе со всеми этими людьми и их историями на 320-три страницах поместилось так много жизни. На 90% болезненной, искорёженной жизни, но такой настоящей. Вынырнув из этих насыщенных жизнью страниц, я вот подумала, что ведь читала об обычных, по сути, людях. Ну да, это европейцы, и, может, душевно покалеченные немного выше среднего уровня, да и то, не все. Большинство - самые обычные, среднестатистические люди, живущие, страдающие, стремящиеся к любви и радости, скрывающие стыдные ошибки. Всё как обычно, а сколько жизни... А всё потому, что, читая, на эту жизнь смотришь пристально, прямо, думая именно и только о ней, а не о том, что нужно не забыть купить в магазине и сколько работы осталось. И если вот так же внимательно, с интересом, вдруг посмотреть на собственные дни, мысли, чувства, слагающиеся в мелькающие месяцы и годы, то можно с удивлением обнаружить, что ведь и у меня происходит столько всего важного, о стольком нужно подумать, столько прочувствовать, а всё как-то недосуг...
В процессе чтения я забыла имя и пол автора, но была уверена, что это - женщина. Думаю, только женщина может увидеть, понять и так тонко описать всё то, что происходило в душе мамы Луи. Не в обиду мужчинам, просто для этого нужно быть женщиной, иначе - не понять. А мужчины, кстати, в книге немного идеализированы, ну да пусть себе.
Книга выбралась для чтения, казалось бы, случайно, а оказалось - очень вовремя. В последнее время я много думаю о жалости, о том, что её должно быть как можно меньше. Я не хочу никого жалеть, всеми силами отгораживаюсь, отдаляюсь от людей, которых жалко, точнее, в которых чувствую желание, чтобы их жалели. И я не хочу, чтобы меня жалели. Потому что жалость унижает и уничтожает человека, а жалеющего часто ставит в зависимое положение. А при желании жалость может стать тончайшим инструментом манипуляции, позволяющем "жертве" не просто верёвки вить из жалеющего, а распускать эти верёвки на нитки и пускать по ветру. Иногда жалость, действительно, один из видов преклонения.