Рецензия на книгу
Дом с мезонином
Антон Чехов
belka_brun22 января 2022 г.На поверхности – история влюбленности и разлуки, по сути – извечный вопрос: “Что делать?” (и речь уже не о взаимоотношении полов).
Герои, как обычно, все как на подбор неоднозначные. Нельзя назвать их отрицательными, но и принять чью-то сторону без оглядки не получается, только с оговорками. В центре читательского внимания – спор между Лидой и художником. Лида – целеустремленная девушка, которая старается улучшить жизнь поселян, организуя помощь в сферах медицины и образования. Художник в ответ на это обрисовал идеальную жизнь и вынес вердикт: раз достигнуть этого все равно невозможно, не стоит и начинать что-то делать.
Казалось бы, все очевидно: Лида права, художник – нет. Но описанный Чеховым быт, аргументы обеих сторон в споре позволяют взглянуть на проблему несколько иначе.
Лида представляется буквально бараном. Она много и громко говорит, причем каждый вечер об одном и том же. Ее учительская деятельность показана лишь мельком (и то кажется странным, зачем под диктовку столько раз повторять одну и ту же фразу целиком – или я настолько забыла школьные диктанты?), а вот врач она точно невнимательный, и даже без описания результатов назначенного ею лечения понятно, что большой пользы она не приносит. Какой-то вдумчивости и большого ума автор тоже не показывает, так что, скорее всего, ее идеально характеризует восклицание: “Но ведь нужно же делать что-нибудь!”. И в ее случае складывается впечатление, что ей нужно именно занять руки, без всякой цели и плана. “Что-нибудь”.
Художник, конечно, сильно перегибает палку в своих рассуждениях, почему-то не желая признавать, что по щелчку пальцев идеальная жизнь не наступит, что нужно начинать с малого. Но и он высказывает здравую мысль о том, что нужно лечить не следствия, а причины (уменьшив физический труд крестьян), и учить грамоте, одновременно предоставляя перспективы для ее использования (а не для чтения кабачных вывесок). Тем не менее, он не собирается ничего для этого делать, лишь лицемерно мечтая о равномерном распределении физического труда между крестьянами и господами (так и хочется на это сказать: “Подай пример, тунеядец!”).
Ничем конкретным рассказ не заканчивается. Любовь осталась в подвешенном состоянии, никто не пытается никого добиться. Лида собрала вокруг себя группу единомышленников, с которыми “на последних земских выборах “прокатили” Балагина, державшего до того времени в своих руках весь уезд”, но другие результаты ее политической деятельности остаются неизвестными.
Вопрос “Что делать?” в итоге остается открытым, еще и порождает новый: “Как же достичь золотой середины?”. Как совместить кипучую деятельность с правильными идеями, четко поставленными целями? Но именно благодаря такой постановке вопроса рассказ может выступать мотиватором к осознанной деятельности. Все зависит только от человека.
16536