Рецензия на книгу

• 

  red_star20 января 2022 г.

  За день так топором намашешься, сил нет!

  Очень цельная книга. Автор взял сухой, почти лишенный эмоций дневник палача XVI-XVII века, дельно и аккуратно разбил его на аспекты, дополнил фоном и современным уровнем знания, а потом безошибочно собрал обратно (легонько постукивая киянкой, чтобы все встало на свои места, легонько скользя по пазам).

  Я люблю читать про эту эпоху, раннее Новое время, поэтому рассказ о Майстере Франце не стал откровением, разве что еще одним элементом большого паззла. Но, вероятно, эта книга может быть хорошим началом, первым шагом на пути к знакомству с началом нашей эпохи (вроде мы еще живем в последних стадиях того, что тогда началось, капитализм, early modern и все дела). Хотя бы потому, что центральная мысль автора показалась мне крайне созвучной моему ощущению от той эпохи в частности и от людей в целом – изменилось гораздо меньше, чем кажется, нынешний гуманизм удивительно тонок, и первые же колебания экономической лодки приводят нас обратно к пыткам и жестокостям. Порой, кстати, и колебаний не требуется – достаточно просто создать образа врага (Гуантанамо и Абу-Грейб сразу на ум приходят).

  При всем удачно выписанном фоне мне показалось, что его могло бы быть заметно больше – все же время и место действия были крайне интересные. Поэтому пытливому читателю (позволю себе считать себя таковым) стоит дополнить рассказ о Франце чтением книг о Реформации (например, Reformation : Europe's House Divided 1490-1700 ) и Тридцатилетней войне (например, Europe's Tragedy: A History of the Thirty Years War ). Кодекс Каролина, который вызвал столь большой спрос на палачей, оказал существенное влияние и на наши с вами края, поэтому читать про его восприятие и воздействие на действительность в эпицентре, так сказать, было интересно. Наш же извод можно наблюдать в книгах о магических и не только процессах на Восточно-Европейской равнине (теперь и не знаешь, как нейтрально называть территорию, которую занимают современные государства Россия, Беларусь и Украина), например в Преступление и наказание в России раннего Нового времени , Історія з відьмами. Суди про чари у українських воєводствах Речі Посполитої XVII–XVIII століття и Магия отчаяния. Моральная экономика колдовства в России XVII века . Вершиной (и даже вишенкой на торте) для расширения восприятия от «Палача…» должно стать чтение Фуко , который дает всей этой мрачной истории прекрасную теоретическую рамку.

  Но можно все это не читать, а просто попробовать представить, что этот мир городских жителей, постоянно следящих друг за другом, доносящих, ссорящихся, враждующих, мало отличается от нашего, разве что поводы для склок могут меняться. Теперь это парковка, неправильно выброшенный мусор, вещи в МОП, но суть-то все такая же. И как только государство обретает возможность вмешиваться в повседневную жизнь, в виде ли палача, в виде ли полицейского аппарата, то люди мгновенно научаются государством манипулировать, что обычно имеет довольно кровавые последствия.

  Любопытно, что городские власти Нюрнберга во времена героя нашей книги обладали неплохим иммунитетом к таким манипуляциям – волны обвинений против «ведьм» они гасили довольно изящно. Увы, такою выдержку редко где встретишь.

  Из подробностей собственно палаческого мастерства меня удивило разве что жутковатое использование тел преступников, вернее – полу- и просто официальное использование мяса, кожи и костей в хозяйственных и квазимагических целях. Тут, кажется, мы несколько изменились, больше щепетильности стало. Или просто отрезанные руки перестали давать невидимость и поэтому их значение в быту снизилось?

  56

  1,1K