Рецензия на книгу

• 

  GrigoriPozharsky

  7 января 2022 г.

  Интеллектуальный кубик Рубика.

  Давайте наведём справки, поразмыслим о попутном. За основу я решил взять: во-первое, прочитанный мною текст Германа Гессе «Степной волк», во-второе, аннотацию к «Степному волку», с которой мы, читатели, можем ознакомится на сайте вместе с обложкой книжки, расположенной рядом во всей красе. Прочитав книгу, теперь я могу переосмыслить аннотацию к ней, это важно, ведь зачастую аннотации сочинение какого-нибудь автора превозносят до небес чрезмерно, восхваляют предельно, искажают значение действий персонажей, дают завышенную трактовку тексту с целью рекламы, тиражирования и продвижения продукта на рынке – и понять – где объективно автор аннотации прав, а где нет – не всегда легко. Попробую разобраться и прокомментирую каждое предложение.

  Первое предложение. ("Степной волк" – один из самых главных романов XX века, впервые опубликованный в 1927 году.)
  Не уверен, что «Степной волк» является романом. Почему? По объёму текст не большой, можно привести к примеру массу романов со значительным размахом («Улисс», «Дон Кихот», «Волхв», «Крестоносцы», «Смерть Артура», «Террор», «В сторону Свана» и др.). Допустим, объём слов - не критерий, тогда может с точки зрения объёма лиц, героев и персонажей разного плана, выведенных автором на сцену событий повествования, книга блеснёт? Вряд ли. «Степной волк» уступает и в этом критерии многим творениям («Анна Каренина», «Преступление и наказание», «Война и мир», «Отверженные», «Сага о Форсайтах», «Парижские тайны» или «Петербургские трущобы», «В поисках утраченного времени», «Граф Монте-Кристо», «Семья Тибо» и др.). Если объём слов и количество действующих лиц – не критерии, тогда может быть динамика событий или их количество удивляет опытного читателя? Увы, нет. В «Степном волке» всё плавно, текуче, местечково, а если происходят перемещения в другие места или действие вступает в активную фазу, то происходит это более через алогичность, опьянение и т.п. Я люблю противоречивость в тексте, но у Гессе она длится до последних строк, а это утомляет и перестаёт быть изюмом, делаясь чем-то закономерным что ли для заезженной колеи. Больше динамики можно найти в романах «Жизнь и время Михаэля К.», «Мартин Иден», «Красное и чёрное», «Американская трагедия», «Момент истины», «Планета обезьян» и др.
  Определение жанра художественного произведения, иногда с усмешкой признаю я – дело неблагодарное, а возможно и того хуже – пустое, но всё же «Степной волк» мне видится более повестью, по объёму текста, количеству персонажей и событий, и по времени развития событий относящейся к книгам «Старик и море», «Мечтают ли андроиды об электроовцах?», «Белые ночи», «Крейцерова соната» и др. Извините пожалуйста, не поворачивается язык мой называть данный текст романом. Это - повесть, но, признаю, с сложно организованным идейным содержанием, очень много идей, без сомнения. Магическим реализмом книга не богата, если читал, например, Кортасара, то понятно, что фишечка магического реализма в создании ощущения естественности происходящего волшебства, неразрывности и единстве обычных событий и явлений необъяснимых (читай "Захваченный дом»), и человеку даже достаточно жить той простой жизнью, какой он и живёт (магическое будет хоть как происходить в мире и помимо твоей воли) и не прибегать к наркотикам, алкоголю и прочему чтобы попасть в колдовской замес. Светящиеся буквы над дверью, загадочные и непонятные надписи, мол только всё это для сумасшедших, Он и Она в одном лице – всё это не особо придаёт магии, а более отсылает к депрессии, вопросам полового характера, лёгкому эротизму, опьянению, расстройству психики, скуке, разочарованию и ещё подобному клубочку из проблем, замкнутому в себе самом. Да и как метод, магический реализм стал обретать теоретические черты в 30-е годы, а в 1927 году его всё же нет.
  И ещё – «…один из самых главных романов XX века.» Как же забавляют эти пафосные словосочетания, называемые предложениями. Скорее предложения для громких заголовков газетёнок. Предложение это обобщает настолько, что дальше некуда. Что сказать? На ум мне пришло только одно: самого главного романа двадцатого века не существует и точка и любой здравомыслящий читатель знает почему так. Ещё можно сказать, что главный роман Германа Гессе - это «Игра в бисер» так-то, а не повесть «Степной волк», но нам задан не Гессе, а аж нехило так весь 20-ый век. Улыбнусь от души и скажу: Пусть у каждого будет своих несколько книг, а не одна, и пусть книги будут на века, а не на один век.

  Второе предложение аннотации. (Это и философская притча, и вместе с тем глубокое исследование психологии человека, тщетно пытающегося найти и обрести собственное "Я", постоянно балансирующего на стыке животного и человеческого начал.)
  В целом согласен, только всё же, заглянув в словарь, напомним себе, что «Притча – это малый поучительный рассказ в дидактико-аллегоричном литературном жанре, заключающий в себе моральное или религиозное поучение (премудрость)». Лично я притчу не уловил во всём сочинении, больно великовато оно для притчи, да и несколько отсылок к идеям Ницше и Шопенгауэра не делают книгу философской. Сам Гарри Галлер если с натяжкой и философ, то не ахти какой, своих идей сугубо философского плана он не выдаёт, а всё о себе… и о себе… и о своём мирке скитаний, воспоминаний-разочарований…

  Третье предложение. (Это история любви, которая ведёт к неожиданной трагической развязке, это и политический, социальный роман, в котором герой выступает как яростный критик существующего мещанства.)
  Чтобы воспринимать происходящую трагедию всерьёз, нужна нерушимая основа, убедительность, твёрдая почва под ногами, а если (как мы узнаем из четвёртого предложения аннотации о том, что книга «…завораживает тебя своим особым ритмом, своей неповторимой атмосферой полусна-полуяви, полу-реальности - полу-безумия») почти всё в сюжете относительно, противоречиво и ирреально, бредово, то нет и речи о «неожиданной трагической развязке». Ты читаешь и понимаешь: вот-вот случится что-то необъяснимое, какая-то фиговина. Развязка, на мой взгляд, трагикомичная, мол всё фарс, обманка, шутка, галлюцинация, за которую нужно поблагодарить наркодилера. Концовка показалась мне резко оборванной. История о любви? Ну если только в былых мечтах Гарри. Есть маленькие кусочки от социально-политического романа, намёки на трудную ситуацию в Германии, кризисы в политике. Однако, если ГГ и яростный критик существующего общественного порядка, то более пассивный в настоящем и неудачник в прошлом, потерявшийся вовсе, забытый, затёртый, а значит – совсем не яростный.

  И четвёртое предложение. (В эту книгу ныряешь, как в омут с головой, она завораживает тебя своим особым ритмом, своей неповторимой атмосферой полусна-полуяви, полу-реальности - полу-безумия, ритмами джаза, карнавальными масками, литературными аллюзиями и удивительными открытиями, которые делает главный герой на пути самосознания.)
  Всё, что написано до словосочетания «ритмами джаза», я бы применил не к «Степному волку», а к незаконченному произведению Ф. Кафки «Процесс», опубликованному через год после смерти автора и за два года до выхода в свет сочинения Гессе, а именно в 1925 году. Вот уж в «Процессе» и ныряешь с места в карьер с первых строк, и в метафизический омут необъяснимого попадаешь с головой, есть и безумие, абсурд, реальность, явь и ад беспросветный. К «Степному волку» эти слова можно отнести лишь в малипусенькой степени.
  Вот мы и подобрались вплотную к аллюзиям (по-русски говоря: намёкам, отсылкам к событиям, личностям известным и их творениям). Так или иначе проходит череда идей, творцов, событий – известных и не очень, здесь и Ницше, Шопенгауэр, Фрейд, Юнг, Моцарт, Гёте и фаустовские вопросы, Заратустра, становление, психоанализ, сознание, самоидентификация, женское в мужчине и мужское в женщине, дуализм сознание, что такое «Я»?, рефлексия, суицидальные наклонности, бессознательное, норма и отклонение применительно психики, ряд личностей в одном человеке, индийское воззрение на мир и человека в нём… и многое-многое-многое, что можно углублять, расширять, открывать. Хочу большой плюс поставить за это. Бесконечная умственная матрёшка, уменьшающаяся до невидимости. Если читатель эрудирован, имеет хоть некоторые познания в разных областях или не лишён стремления открывать новые идеи, касающиеся духовного самокопания человека, то читатель получит особое удовольствие от книги, настоящая бродилка для ума.

  Что по итогу? Уберём всё пафосное, летучее, поверхностное, уберём рекламу и превышенные рейтинги, а так же обобщения размером в сотню лет. Возьмём сухой остаток и смело напишем новую аннотацию к книге:
  «Степной волк» Германа Гессе – повесть, украшенная россыпью психологических аллюзий, интеллектуальное чтиво для ценителей литературного кубика Рубика.

  Интеллекту присуща объективность, или беспристрастность, поэтому оценка 3 нейтральная по эмоциональной шкале, ибо с такой книжкой нужно быть сдержанным, вдумчивым, приберегать хвалы или ругань, но не щадить усердия мысли, мысли - вгрызающейся пастью голодного волка в аппетитные идеи 20 века.
  Вот такой разбор аннотации. Если кто-то дочитал до последней строки, тому мерси-с.

  10 понравилось

  804