Рецензия на книгу

• 

  AveeDel

  10 декабря 2021

  «Ограниченные умы видят ограниченность только в других»

  
  Браться за «Мартина Идена» я не хотела долгое время и даже во время чтения всё время отвлекалась, а потом читала несколько глав взахлёб. Я знала финал (не помню откуда, но знала), знала, что будет и догадывалась о причинах, но после того, как я торжественно и немного растерянно закрыла книгу и придавила её ладонью (чтобы наверняка), не могла всё осознать до конца.
  
  Мартин Иден был перенасыщен жизнью, он был жизнью, нёс в себе самую настоящую жизнь всем, кто её был лишён. Именно это любила в нём Руфь. Зажата собственным узким кругом, она питалась общественным, созданным людьми и ими же принятый. Мартин Иден был другим. Он моряк, повидал мир и народы. Он писал о жизни, писал о том, что другие не знали и не видели, не понимали и не могли понять.
  
  Жизнь Мартина Идена кипела в нём. То, чем жила Руфь, стесняло его. Сама же она не чувствовала стеснения. Её круг и так был тесен. А Марту места было мало: он был слишком умён, слишком широк. Он зашёл в дом Руфи, боясь что-то задеть, принятые модой воротнички натирали ему. Вначале это были единственные его проблемы. Он не думал о деньгах, не думал о том, что пытались ему навязать другие, пытались опустить его к своему уровню, к своему кругу. Эго «широта» пугали их, пугали драгоценное «общепринятое», которому он мог угрожать.
  
  Но его волновали красота, искусство, наука и любовь к Руфи. Точнее последнее стало началом всего другого. Он вдохновлялся любовью, он её боготворил. Не саму Руфь, а любовь, которая в нему возбуждала красоту и блаженство. Кто-то из античных философов (каюсь, не помню, кто именно) утверждал, что человеку, который любит, лучше, нежели тому, кого любят, ибо первого любовь заставляет двигаться к идеалу.
  
  Воображение Марта пленяла красота, то, чего он не видывал, но хотел познать, вместить, понять.
  
  Всё началось и закончилось слишком стремительно. Его тяготила жизнь, которой раньше он был наполнен. Я понимала, что по-другому быть не могло, Март был выше того, в чём он жил. Но всё равно я удивилась. Он перехитрил жизнь.
  
  Руфь мне, как, наверное, и многим, совершенно не понравилась. Я уважаю её воспитание, образование и даже попытки противиться родителям, но последние сцены с ней отбили всякую симпатию. Лиззи Конноли, кажется, наоборот, выросла на глазах, возможно, из-за сравнения  с Руфью. Лиззи казалась лучше только потому, что она была простодушнее, открытее. Над разумом стоит мудрость, а над мудростью — святая простота.
  
  Мне кажется, это тщетное дело — пытаться высказаться после того, как прочитал «Мартина Идена». Всё понимается на уровне интуиции, проще всучить человеку книгу и сказать: «На, вот, читай и не спрашивай!» Потому что за неделю, которую я собиралась писать отзыв, первые эмоции растерялись, осталось только то, что усвоилось сразу и навсегда — Мартин Иден хотел, чтобы в него верили.
  
  
  
  
  
  
  

  8 понравилось

  151