Рецензия на книгу

• 

  HaycockButternuts24 ноября 2021 г.

  Кречмарова соната

  Будьте осторожны с Владимиром Владимировичем! Он очень легко усыпляет ваше внимание, ловко обольщает кажущейся простотой и незатейливостью сюжета. И вдруг! Как вспышка магния перед глазами! Набоков выдает совершенно невероятный по силе эмоционального воздействия текст. Все! Вы в его ловушке. Навсегда. Даже если до этого ничего не читали, либо читали, как я, только "Лолиту".
  Я ненавидела и сейчас ненавижу эту написанную левой ногой, совершенно не набоковскую книгу.
  "Защита Лужина" цепко схватила меня всего одной фразой, после которой я сказала. - "Набоков, я Ваша навеки!": Над жнивьем по бесцветному небу медленно летела ворона.
  Я не знаю, КАК он это делает! Но не об этом речь, ибо рискую улететь в неизвестном направлении.
  Вернемся к "Камере обскура".
  Повторюсь: простота здесь очень и очень обманчива. На самом деле роман - глубочайшее исследование не только человеческих типов и межличностных отношений. Но прежде всего - это исследование Европы накануне страшной катастрофы. Роман - предчувствие, роман предостережение.
  Бруно Кречмар - существо слабое, живущее в плену своих иллюзий и аллюзий. Некий моллюск, тихо и медленно ползающий по дну собственного Океана, таскающий за собой свою раковину и ничего вокруг не замечающий: ни огромности окружающего пространства, ни толщи воды. Это и называется обскурантизм, когда человек видит исключительно впереди себя. Периферийное зрение отсутствует. Естественно я выражаюсь фигурально, хотя в конечном итоге герой Набокова действительно полностью теряет зрение.
  Да, конечно, Кречмар раздражает этой своей бесхребетностью, Мне он временами напоминал в некотором смысле студень. Но именно такие аморфные субъекты и становятся добычей безмозглых, но очень хищных актиний, живущих за счет этого бедного ракообразного.
  О-о-о! Как же мне порой хотелось задушить эту малолетнюю... Ладно, не стану ругаться, а то рецензию пометят как неформат. Но руки, честно, чесались пришибить эту стерву. И имя ее - Магда- ассоциируется у меня отнюдь не с Марией Магдалиной, как считают некоторые критики. Где же здесь раскаяние? Где бескорыстное служение? Нет! Это имя вызывает в сознании совершенно другой образ - надсмотрщица в концлагере. В эсэсовской форме, с тонким хлыстом в руках.
  И вот здесь мы подходим к самому главному "герою" этого повествования. К тому, кто в 1933 году, когда писался роман, уже с удовольствием натянул коричневую, а то и черную, форму, и, вздернув руку в нацистском приветствии, маршировал по берлинским улицам. И не зря Набоков дает ему фамилию Горн. Ибо он и есть тот самый Всадник апокалипсиса,Лжепророк и Лжемессия за которым пойдут миллионы.
  У Набокова нет случайных слов и ничего не значащих деталей. Горн - карикатурист, рисующий свиней. Он и сам имеет карикатурную, почти гротескную внешность.

  Мужчина был худой, но плечистый, в отличном костюме из клетчатой шерстяной материи, с лицом бритым, бровастым, несколько обезьянньего склада, с большими, заостренными ушами и плотоядным ртом.

  Никого не узнаете в этом странном человеке, главной целью которого стало окарикатуривание жизни?

  Ему нравилось помогать жизни окарикатуриться, – спокойно наблюдать, например, как жеманная женщина, лежа в постели и томно улыбаясь спросонья, доверчиво и благородно поедает пахучий паштет, который он ей принес, – паштет, только что составленный им же из мерзейших дворовых отбросов.

  Да, это почти инфернальное существо до жути напоминает будущего министра рейсхпропаганды Геббельса. И совсем не зря, словно бы случайно, один из персонажей, эдакое подобие шекспировских Розенкранца и Гильденстерна в одном флаконе, вспоминая фамилию карикатуриста вдруг называет его Герингом. Толстый, свинообразный гитлеровский рейхмаршал и человек, рисующий свиней вдруг сливаются странном извращенном единстве.
  Вот в этом и есть главная составляющая набоковской книги - антифашизм и призыв открыть наконец глаза, освободиться от гибельной, лишающей зрения тьмы разума.
  А теперь о самом большом потрясении для меня в этом романе: сцене смерти маленькой дочери Кречмара Ирмы. Совершенно жуткая и нелепая смерть от гриппа (ой, как актуально это звучит в наше время!) Но! Девочку губит ... свист. И такой же свист будет потом издевательски звучать рядом с ее ослепшим отцом. В эпизоде смерти ребенка писательское мастерство Набокова становится виртуозным и достигает уровня Толстого в "Смерти Ивана Ильича"

  Ирма вдруг слегка напряглась на подушках, откидывая лицо. Со стола упала ложечка – и этот звон долго оставался у всех в ушах. Сестра милосердия стала считать пульс и потом осторожно, словно боясь повредить, опустила руку девочки на одеяло.

  Он подошел к кровати, но все дрожало и мутилось перед ним, – на миг ясно проплыло маленькое мертвое лицо, короткая бледная губа, обнаженные передние зубы, одного не хватало – молочного зубка, молочного, – потом все опять затуманилось, и Кречмар повернулся, стараясь никого не толкнуть, вышел.

  Более я ничего не хочу здесь писать. Читайте сами. Обязательно. И не забудьте задуматься во время чтения. Владимир Владимирович это любит.

  61

  1,2K