Логотип LiveLibbetaК основной версии

Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Рецензия на книгу

Madame Bovary

Gustave Flaubert

  • Аватар пользователя
    GrandCharly30 октября 2021 г.

    Антиромантический манифест

    Андре Моруа в одной из своих статей, посвященных Флоберу и "Госпоже Бовари" отмечал следующее: «Госпожа Бовари» — книга беспощадная, почти циничная не в силу комментариев автора, который сохраняет полное бесстрастие, но вследствие сурового реализма персонажей, их речей и поступков". "Госпожа Бовари", по его мнению, наравне с "Дон Кихотом" Сервантеса является еще одним антиромантическим произведением, характер коего и обеспечил его признание мировыми критиками и литераторами. Сложно не согласиться с таким мнением еще одного гения французской литературы.
    Проблема автора и авторского отношения к персонажам, их действиям и поведению невольно поднимается в голове при прочтении многих произведений. Сквозь строки и предложения подчас скользит излишнее восхищение героиней или пренебрежение героем, и это нескрываемое ощущение писателя или влияние его идейности может подпортить впечатление от произведения - ведь твое отношение может совершенно отличаться от высказанного и утверждаемого творцом.
    В романе же "Госпожа Бовари" Флобер не только не высказывает свое положительное или отрицательное отношение к героям, но и не стремится вызвать таких ощущений у читателя. Персонажи представлены таковыми, какие они есть: без прикрас, без писательской цели, реалистично и объективно показанные. В этом плане ценно то, как Флобер показывает изначальное отношение одного из героев к Эмме Бовари. Вместо того, чтобы ввести читателя в заблуждение, пойти по пути сентиментального восхищения Бовари, автор сразу показывает читателю цель героя, а значит никаких фантазий об искренности чувств или эмоций с его стороны возникнуть не может.
    В этом стремлении описать действительность Флобер не поддался и тому, чтобы привнести в мир Эммы Бовари то, что ею так сильно ожидалось. По сути он показал обратную, неописанную, непринятую часть реальности - когда героини не встречают своих любовников, их мужья не оказывают соответствующего внимания, жизнь не состоит из непрекращающихся балов, встреч, интриг и исполняемых желаний. Если бы такая книга попалась Эмме, осталась ли бы она такой?
    Вообще объяснение природы характера, отношения к миру людей занимает в произведении не последнее место. Начав роман ни с биографических заметок о главной героини, а с описания жизненного пути ее будущего мужа Флобер показывает нам, почему Шарль Бовари будет таким: с отсутствием амбиций, желаний, чувства прекрасного, но зато с искренней добротой и простодушием. Сама же Эмма, вызывающая у некоторых читателей раздражение, также не могла быть другой, если учитывать ее воспитание, а точнее его отсутствие и замену книжными фантазиями и представлениями. Взращенная на этой почве, Эмма Бовари искренне или искусственно, с бессознательной целью прикрытия отсутствия других желаний и представлений, ищет эту чувственность вокруг. Но чувственность эта определенного характера, декорации таковы же, любимые мужчины тоже должны быть конкретного порядка.
    Но есть мечта и надежда, а есть реальная жизнь героини, которая для нее неудовлетворительна: муж, место, где она живет, возможный досуг, даже собственный ребенок - все не таково, каким должно быть. Страсть, которую она в себе культивирует, любовники, которых она себе заводит (или они ее заводят ее в таковом качестве) - все это ведет к логичному, но несмотря на это, трагичному концу. Доведенная до пика эмоций, брошенная и отверженная, погруженная в самое темное состояние духа, сознания и поведенческого акта, Эмма совершает то, что должна. И эти последние страницы, строение диалогов, сведение в одну трагедию всех сюжетных линий, доведенность до крайности, как общее состояние - только за это уже можно возблагодарить Флобера.
    А еще за его желание подобрать, осмыслить каждое слово; написать роман для своего поколения, но и вопреки ему, утвердив место в череде классиков; дать повод для переосмысления целому ряду людей, по своим представлениям близким Эмме Бовари.

    17
    870