Рецензия на книгу

• 

  serovad1 февраля 2013 г.

  ...знаешь: к старости душа мало-помалу пробуждается. Вы будете думать, что вас душит плохо повязанный галстук, а это — душа, ха-ха-ха-ха...
  

  В выдранной много лет назад из тетради с лекциями по курсу «Актуальные проблемы современной русской литературы» страницы со списком книг, обязательных к прочтению, у меня стоит «Владимир Маканин – «Один и одна». И галочка напротив, что значит – прочитал. Прочитал ли? Вот я углубился в роман. Никаких ассоциаций, ничего знакомого, кроме двух фрагментов про героиню, как она защищала себя от увольнения да как отказывалась от квартиры. Это я мог и из лекций запомнить. Так почему же я 15 лет назад отметил книгу как прочитанную? Я написал преподавателю письмо - о чем он нам рассказывал на лекции, какую проблему отражает книга? Преподаватель не ответил.

  Полагаю, мои случайные попутчики (ведь читаю я преимущественно в автобусе и служебном транспорте) принимали меня за сумасшедшего, когда я тихо начинал материться по поводу периодическо-постоянной тупизны двух несчастных пожилых людей, которые упиваются-убиваются своим одиночеством, но гордость и слабость не позволяют им восстать против него. Выведенный из себя их упрямством (а также сумбурной структурой романа) я захлопывал ноутбук и бурчал под нос, привлекая к себе внимание. Думается мне, свидетели этого считали, что мне написали что-нибудь неприятное «ВКонтакте» или в «Фейсбуке». А я всего лишь читал.

  Эта книга о «шестидесятниках». Об их идеалах, нравственном облике сквозь призму их старости, их возвышенности и образе бытия.

  Эта книга о психологии. О психологии одиночества. О том, что бывает с людьми, если они вовремя не создадут семью. О том, что бывает с людьми, если они не найдут близкого по духу человека. О том, что бывает с людьми, если они выпадают из времени. О том, что бывает с людьми, если они уходят в крайности. О том, что бывает с людьми перед пожилым возрастом. И просто о том, что бывает с людьми. И просто о людях.

  Читать непросто, прямо говорю. Рваная структура – рваная композиция. Даже без композиции Хронология смешана (слова Богу, не перемешана вслепую). Так уже в середине книги герой умирает, но до конца романа мы встречаемся с ним не менее часто, как до факта его смерти – то есть постоянно. И концовка внезапная. Просто читаешь, и вдруг заканчивается.

  Но уже на середине ловишь порой себя на мысли – а не утомился ли ты, читая эту книгу? И сам отвечаешь – нет, дочитать можно.

  Роман «Один и одна» про двух одиноких людей из поколения «шестидесятников». Он – Геннадий Павлович Голощеков – сломанный активист-интеллигент, книгочей, инженер, знаток пяти языков. Она – Нинель Николаевна - не смирившаяся активистка, бывшая комсомолка-походница. Он – не потерявший добродушия, покорившийся судьбе, медленно выдавливаемый из общества человеческий манекен в вечно белоснежной сорочке и отглаженных брюках, ожидающий, что он внезапно станет нужным и его позовут. Она – ставшая желчной и ядовитой мымра, активно выталкиваемая обществом но нее желающая ломаться и борящаяся за себя, не примирившаяся с чужим счастьем и самоотрешенная от него. Он – в минуты отчаяния подверженный апатии, заменивший себе рухнувший внешний мир книгами. Она – в минуту отчаяния травящая себя бытовым газом, требовательная и требующая, испытывающая вину за каждый свой принципиальный шаг. Он, страстно живущий «роем» - по нашему обществом, толпой, общностью, одним словом людьми, просто людьми, любых возрастов и социальных групп, включая молодых хамов. Она, страстно живущая «нашим выводком», как она говорит – людьми своего круга, из поколения «шестидесятников», но не всеми подряд, а принципиальными, не идущими на сделку с совестью, не пасующими перед бытом и жизненными обстоятельствами, не прощающими подлости, духовно возвышенными и одаренными. Вот почему он одинок. Вот почему она одинока.

  Они потерялись в современном мире (в данном случае, я так понимаю, в середине восьмидесятых). Им нужна пара. Ему женщина (желательно молоденькая), ей – мужчина (исключительно из «ее выводка» - черт, как она прицепилась к этому гадкому слову «выводок», - или офицер российской армии в белой фуражке времен кавказской войны). Но ни один из них не сделает решительного шага для того, чтобы найти кого-то. Он – в силу замкнутости и неуверенности в себе. Она – из-за принципиально строгого суждения о людях.

  Вместо этого у них есть Игорь, человек, от имени которого ведется повествование, который заходит к каждому из них раз в полгода, слушает, говорит, читает книги, пьет кофе, курит. Зачем они ему? Не за чем. Кто он им или они ему? Никто. Просто так сложилось, что он к ним ходит, а когда они умрут, это просто закончится, и он это понимает. Они ему не нужны. Он им нужен – как объединяющее начало, как кто-то, с кем еще можно поговорить.

  
  Если речь заходила об их юности, понятно, что я пересказывал иногда Нинели Николаевне слова Геннадия Павловича, вовсе на него не ссылаясь и подчас не помня даже, чьи слова; а ему, в свою очередь, пересказывал опять же невольно слова и выражения Нинели. Тем самым слова оборачивались. Они возникали как бы из ничего, перепрыгнув промежуток в полгода и больше. Слова кружили в нас, и мы вели долгий и общий разговор втроем, сами того не замечая.
  

  Именно «объединяющее начало». А вот объединение им не нужно. В определенный момент Игорь с женой сводят его и ее. Но не приживается. Отторгается. Несколько встреч, и они разбегаются, причем настолько, что сразу друг о друге забывают, как о незначительном событии. Вместо этого они вспоминают о своей молодости – о времени, где они были нужны людям, а люди им. Времени не стало. Остались он и она.

  
  Случилось самое простое и самое худшее: они так и не узнали друг друга.
  

  В этом отношении у Игоря незавидная миссия – слушать их, старых, вышедших из моды, будучи почти таким же одиноки, как они. Да ,у него есть семья и ребенок, но он одинок, ему чего-то не хватает, именно поэтому с определенной периодичностью он уходит из дома и заходит к ним. Просто так. Ни за чем.

  Что еще сказать? Он умрет. Она останется жить.

  Как признает сам Владимир Маканин, из его книги мог быть детектив, про то, как двое разведчиков ищут всю жизнь друг друга, но когда находят, их рыбки-ключики на изломе не сходятся – стерлись от времени. И вот они разбегаются, так и не узнавшие и не узнанные.

  Мог быть рассказ – о выдуманных идеалах его и ее.

  Мог быть рассказ о том, как человек прошлого века, точнее литературы прошлого века оказался в наших днях.

  Мог быть о том, что они не из тех, кто умеет добывать блага.

  Но получилось то что получилось – безысходность…

  ***

  Вот и все. Написал рецензию. Я спас эту книгу? Хотелось бы, она того стоит, хоть и ставлю ей «четверку». И галку пожирнее в выдранный листок - теперь уж точно прочитал, не забыть такое.

  19

  368